Ашер неторопливо водил ладонями вверх и вниз по её бокам, продолжая целовать. Его руки скользили вдоль изгиба её груди к линии бёдер. Прикосновение прохладного атласа к коже вызывало сладкую дрожь, покрывая всё её тело мурашками. Запустив пальцы в его волосы, она чуть изменила угол поцелуя, отчаянно желая ещё больше его.

Его большие пальцы медленно скользнули по её соскам, заставляя их затвердеть. Трение платья и его прикосновения сводили её с ума. Она прижималась к нему сильнее, ощущая, как каждый нерв становится болезненно чувствительным, обнажённым. Он прервал поцелуй, переместив губы на её щёку, затем на линию челюсти, а после медленно спустился к шее. Желание пронзило её, устремившись прямо в самую глубину её существа.

Новалис выгнулась ему навстречу, открываясь ему ещё больше, беспокойно ёрзая в его объятиях, пока твёрдое свидетельство его возбуждения мягко не коснулось её ягодиц. Она судорожно сжала бёдра, извиваясь, и всепоглощающая потребность просто ощущать его почти лишила её дыхания. Из его груди вырвался низкий рокочущий звук. Дикий. Первобытный. Он медленно стянул рукава её платья с плеч, освобождая грудь из тесного плена алого атласа. Его взгляд потемнел, мерцая силой, а глубокие серые глаза напоминали полуночное пламя. Он обхватил её за бёдра и приподнял со своих колен, осторожно укладывая спиной на одну из мягких пуховых подушек.

А затем Ашер жадно припал к ней.

Его губы оставляли обжигающий след на её разгорячённой коже. Он едва касался её зубами, слегка прикусывая грудь так, чтобы это жгло, а затем тут же успокаивал боль горячим языком. Обхватив сосок губами, он втянул его в рот и сильно пососал, отчего она выгнулась и задрожала под ним. Она вцепилась в его плечи, впиваясь ногтями в кожу, наслаждаясь тем, как под её прикосновениями перекатываются его мышцы. Его кожа была золотисто-бронзовой, словно её поцеловало само пламя. Она глубоко вдохнула, втягивая его запах: сандал, амбра с какой-то манящей пряной ноткой. Он осыпал её жгучими поцелуями, медленно спускаясь по ложбинке между её грудей к животу, одновременно сдвигая длинный подол её платья. Его руки скользнули под ткань, и он не спеша, подцепил пальцем чёрную кружевную подвязку, охватывавшую её бедро. Он оттянул её, а затем отпустил, позволяя ей с лёгким щелчком ударить по коже.

Новалис вздрогнула, всё её тело содрогнулось от вспышки удовольствия, рождённого болью.

На кончике его пальца вспыхнул крошечный язычок морозного огня. Одним плавным движением он сжёг кружево, и оно исчезло с её кожи.

— Это платье… — Устроившись между её ног, он сжал в кулаке атласную ткань и сдвинул её в сторону, так что она собралась складками у её талии, оставляя её открытой перед ним. — Не могу решить, хочу ли видеть его на тебе или на полу, когда попробую тебя на вкус.

— И так, и так? — едва слышно пискнула она.

Улыбка Ашера была медленной и намеренной.

— Кто я такой, чтобы отказывать в такой просьбе?

Он опустил голову между её ног, и его горячее дыхание коснулось её обнажённой кожи. Он легко подул, и прохладный поток воздуха заставил её приподнять бёдра в безмолвной мольбе.

Снаружи прогремел гром, и всё внутри Новалис дрогнуло, а напряжение вновь стянуло её тело.

— Дыши, Звёздочка.

Голос Ашера мягко окутал её, успокаивая волну тревоги, грозившую захлестнуть её. Он обхватил ладонью её колено и осторожно закинул её ногу себе на плечо.

Она резко втянула воздух, и язык Ашера скользнул по её влажным складкам.

Новалис рассыпалась по частям.

Он положил ладонь ей на живот, удерживая на месте. Каждое движение его языка всё сильнее приближало её к грани блаженства. Его губы и язык ласкали её, пробуя влагу, дразня, искушая. Он втянул её клитор в рот, и она вскрикнула, одной рукой вцепившись в край дивана, а другой зарывшись пальцами в его волосы.

— Эш, пожалуйста, — умоляла она, тяжело дыша.

Она беспокойно задвигалась, пытаясь приподнять бёдра, отчаянно нуждаясь в большем.

— Именно этого тебе хочется? — Он медленно провёл языком по её пульсирующему клитору, затем глубоко ввёл в неё два пальца, согнув их.

— Да. — Она подняла вторую ногу и обвила ею его. — Да, пожалуйста.

Он двигал пальцами быстро и настойчиво, поднимая её всё выше, пока она не взлетела. Пока оргазм не пронзил её, словно десятки падающих звёзд.

Она обмякла на диване, её ноги стали ватными.

Ашер отстранился и поднялся на ноги, сбрасывая туфли. Приподнявшись на локтях, она наблюдала, как он расстёгивает брюки. Они упали на пол, и он небрежно оттолкнул их в сторону, оставшись перед ней лишь в чёрных шортах, почти ничего не скрывавших. Они плотно облегали его крепкие ягодицы и возбуждённый член, который, казалось, вот-вот прорвёт ткань. На её щеках выступил румянец. Его мрачный, вдумчивый облик в сочетании с безупречно скромной одеждой скрывал великолепное тело под ней. Он весь состоял из жёстких линий и рельефных мышц, и ей хотелось прикоснуться к каждому дюйму его тела.

— Знаешь, — протянул он, — тебя называют любимицей Эйрамира.