Новалис судорожно вдохнула, и из какой-то расколотой части её души вырвался ещё один сдавленный всхлип.

Она причинила Ашеру боль.

Страшную.

Когда он ушёл, их связь дёрнулась с такой силой, что ей показалось, будто она вот-вот разорвётся пополам. Боль, последовавшая за этим, была невыносимой. Она яростно прошлась по всему её существу, выжигая изнутри. Ноги подкосились, и отчаяние повалило её на землю.

Они уже никогда не смогут оправиться после этого. Не после тех слов, которые она ему сказала.

Она была бессердечной. Жестокой. Несправедливой.

Взгляд, с которым он ушёл, то, как тепло в его глазах сменилось ледяным холодом, будет преследовать её до конца жизни.

Где-то над ней раздался звук, похожий на цоканье языком.

— Я же говорил тебе позволить ему самому прийти к тебе.

Голос принца Дрейка накрыл её, словно плащ из скорби. Она подняла на него взгляд. Принц Теней стоял в нескольких шагах справа, скрестив руки на груди. На нём была кожаная одежда для верховой езды, через широкие плечи были перекинуты серебряные цепи, а руки, как всегда, скрывали перчатки.

Она мрачно посмотрела на мужчину, который с самого момента своего появления в её жизни приносил лишь хаос.

— Уходи. — Затем, запоздало, добавила: — Пожалуйста. Я просто хочу побыть одна.

— Понимаю. В одиночестве есть своё утешение. — Но он не ушёл. — К сожалению, Фестиваль Огненного Света почти закончился. Ты можешь выплакаться у себя в комнате, но не на лесной земле.

Новалис тихо усмехнулась.

— Поразительная способность к сочувствию.

— Это одно из моих лучших качеств.

Ей показалось, что в его голосе мелькнула улыбка, но, снова посмотрев на него, она увидела всё то же непроницаемое лицо.

Между ними воцарилась странная тишина. В ней не было утешения, но и враждебной её нельзя было назвать. Скорее, это было молчаливое понимание.

Она смотрела на волшебное озеро, где у подножия водопада бурлила мерцающая вода. Огненные духи почти исчезли — они спали лишь в дневные часы, а рассвет уже медленно приближался. Подняв овальный камешек, она бездумно бросила его в воду. Он дважды подпрыгнул по поверхности, прежде чем уйти на дно.

— Как ты меня нашёл? — неожиданно спросила она, не особенно рассчитывая получить ответ.

Она услышала, как по траве переступили его сапоги, словно он подошёл ближе.

— Твой запах не так уж трудно выследить.

Новалис фыркнула.

— Значит, теперь ты за мной следишь?

— Можно и так сказать.

Снова между ними повисла тяжёлая, всеобъемлющая тишина — плотная, почти осязаемая.

— Я причинила ему боль, — прошептала она скорее самой себе, чем принцу.

— В нашей природе причинять боль тем, кого мы любим. Намеренно или нет.

Она осмелилась снова взглянуть на него, услышав слово, причинявшее ей такую муку. Она никогда бы не подумала, что принц Дрейк вообще способен говорить о подобных чувствах.

В носу защипало, предвещая новые слёзы.

— После того, что я ему сказала, он больше никогда не сможет меня любить. — Голос её дрогнул, и боль от этого признания докатилась до самого сердца, разбивая его на бесчисленные осколки. Она моргнула, и горячие слёзы потекли из уголков глаз. На этот раз она уже не могла их остановить. — Он сказал, чтобы я вышла за тебя. И что попросит королеву разорвать нашу связь.

Грудь Новалис тяжело вздымалась, плечи дрожали, пока из неё вырывались судорожные рыдания. Это уже нельзя было исправить привычной улыбкой и любезным обаянием. Ашер больше никогда не сможет любить её по-настоящему, всем сердцем. Он даже не захотел выслушать её извинения.

Она потеряла его.

Принц Дрейк тяжело вздохнул с явным раздражением, и прежде чем Новалис успела понять, что происходит, он поднял её с земли на руки.

Она всхлипнула, собрав остатки сил в тщетной попытке доказать, что вовсе не беспомощная девица, нуждающаяся в спасении.

— Я могу идти сама.

— А я могу перемещаться сквозь тени.

Эти слова стали единственным предупреждением, прежде чем мир погрузился во тьму. Холод заполнил пространство вокруг них, пока подвластные ему тени не поглотили их целиком. Давление навалилось со всех сторон, с силой вжимая её в принца. Она с трудом пыталась вдохнуть; лёгкие едва не сжимались до отказа, а крик застрял где-то в глубине горла. Её окутал дразнящий аромат его магии: кедра и жжёной кожи, и под натиском этой силы она бессильно обмякла.

Окутанная тенями, она была совершенно беспомощна, пока потусторонний холод проникал в самые её кости. Её охватило странное ощущение, будто душу вырвали из тела. Казалось, её перетягивали из одного плана существования в другой. Перед глазами расплывались пятна цвета, но сам мир превратился лишь в бесконечные оттенки серого, скрывая их, пока они двигались через лес.

Принц Дрейк нёс её сквозь тени, а скорость, с которой он перемещался из одного места в другое, кружила голову. Всё вокруг поплыло, и она крепко зажмурилась.