— Ты такой самоуверенный. Думаешь, я все еще злюсь на тебя из-за засоса. — Ее голос отражается от дерева и металла, такой резкий, что лошади в стойлах начинают переступать с ноги на ногу. Она делает ровный вдох и говорит тише: — Ты не понимаешь, Брайс.

— Тогда что я упускаю?

— Я злюсь на себя за то, что это вообще случилось.

Это задевает сильнее, чем должно.

— Ну, блядь. Такое впервые. Обычно после меня женщины ни о чем не жалеют.

Она бросает на меня острый взгляд.

— Если люди узнают, начнут говорить.

— Пусть говорят.

Она смотрит на меня испепеляюще.

— Тебе правда все равно, да?

— Что там говорят люди? Да нахрен нет.

Она качает головой.

— Мэтти только-только возвращает этому месту доброе имя. Я не могу стать причиной удара по нашей репутации.

О чем, черт возьми, она говорит?

— По-моему, ты раздуваешь это сильнее, чем стоит.

Это ее останавливает. В глазах что-то мелькает, может, боль, а потом она отводит взгляд.

— Тебе надо успеть на самолет.

— Завтра, — тихо говорю я. — Нам надо успеть на самолет.

Она возится с уздечкой, притворяясь, что не слышит.

Собираюсь налегке. Джинсы, рубашки, шляпа, сапоги. Папку с контрактом от Dry Canyon Distilling кладу в дорожную сумку. На столике у кровати жужжит телефон: сообщение от Шона с данными рейсов для меня и Чарли и названием отеля.

Он обрадовался, когда я сказал, что она поедет со мной. Даже будто выдохнул. Словно больше никто не верит, что я, черт возьми, могу сам за собой уследить.

Я просматриваю информацию, потом беру телефон и нажимаю на его контакт.

— Да? — бодро отвечает он.

— Ты прислал номер подтверждения только на один гостиничный номер, — говорю я.

— Ну да, сам понимаешь, когда в городе родео, все забронировано на месяцы вперед. Мне еще повезло, что я тогда успел выбить тебе номер, — говорит он. — Максимум, что я смог, это заменить номер с большой двуспальной кроватью на номер с двумя широкими кроватями. У них как раз нашелся человек, который сначала просил большую кровать, а потом захотел номер получше.

Черт.

— Она этому не обрадуется.

— Да не такая уж это проблема. Просто не торчи в ванной. Девушки это ненавидят. Им нужно больше времени на сборы, чем мужчинам.

— Спасибо за совет. Охренеть как полезно, — бросаю я.

— Расслабься, Рай. Все будет нормально, — говорит он. — К тому же вы в номере будете разве что спать несколько часов.

Сомневаюсь, что Чарли посмотрит на это так же.

— Ладно. Спасибо, что посадил ее со мной в первый класс. Хоть это хорошо.

Я сбрасываю вызов как раз в тот момент, когда приходит сообщение от Мэтти.

Мэтти: Кейб утром отвезет тебя и Чарли в Джексон-Хоул. Будьте готовы к пяти.

К пяти.

Почему все чертовы рейсы туда и обратно отсюда должны быть на рассвете?

Утро наступает слишком рано. Когда я выхожу на улицу с сумкой, на веранде еще горит свет. Воздух прохладный, густой от росы. Старый «Форд» Кейба тарахтит у конюшни, фары прорезают дымку.

Чарли даже не смотрит в мою сторону, когда появляется из главного дома и тащит за собой чемодан. Я спешу помочь ей закинуть его в кузов. Проклятая штука весит, наверное, килограммов двадцать пять.

— Ты понимаешь, что нас не будет всего несколько дней? — говорю я, бросая свою дорожную сумку сверху.

— Понимаю, — отвечает она, пока я открываю дверь.

Она забирается внутрь, а я качаю головой, закрываю за ней дверь, потом открываю заднюю и сажусь следом.

— Утро доброе, — бодро говорит Кейб.

— Доброе, — отвечаю я, но Чарли только бурчит что-то в ответ и пристегивается.

Молчание растягивается, пока ранчо исчезает позади. Слышен только гул шин и редкое дребезжание приборной панели старого грузовика.

— Прости, что пришлось вытаскивать тебя в такую рань, мужик, — говорю я. — Я мог вызвать машину.

Кейб не отрывает глаз от дороги.

— Ну, здесь с этим не очень. Да и я не против. Зато от утренних дел отвертелся.

Чарли снова бурчит.

— У тебя там все нормально, Чак?

Кейб вздыхает.

— Она всегда такая милая, пока не выпьет кофе.

Я усмехаюсь.

— Логично.

Некоторое время никто из нас ничего не говорит. Шоссе петляет по долине, Титоны едва виднеются в раннем свете. Кейб сворачивает, когда замечает вывеску крошечной кофейни с окном для автомобилей. Она размером почти с сортир, зато женщина там приятная, а кофе крепкий и горячий.

— Так что там за штука в Оклахоме? — спрашивает он, когда мы возвращаемся на шоссе.

— Родео на выходных. Спонсорское мероприятие. В воскресенье вечером Dry Canyon объявит о моем партнерстве с их новой маркой Bull Rope Whiskey.

— Серьезно? Вот это охренеть как круто! — говорит Кейб.

Чарли удивленно оглядывается на меня через плечо.

— Ты теперь будешь лицом Bull Rope Whiskey?

— Похоже на то.