— Он прекрасен. Мне очень нравится. Спасибо. — Ее голос тихий и дрожащий.

— Посмотри внимательнее, — говорит он.

Она моргает, не понимая, потом опускает взгляд на браслет и щурится, разглядывая выжженную на коже надпись. Ее брови сходятся, когда она читает слова вслух, и голос срывается на середине.

— Станешь моей напарницей в седле на всю жизнь?

Тишина прокатывается по всем. Смех стихает, сменяясь напряженным молчанием, которое растягивается на весь двор. Рука Мэтти взлетает ко рту, глаза широко раскрываются.

— Кейс, — шепчет она, — что…

Когда она оборачивается, он стоит на одном колене, не сводя с нее глаз. В его руке открытая коробочка с кольцом, поблескивающим в свете гирлянд.

Все ахают разом. Я слышу резкий вдох Шелби, тихие всхлипы бабушки и Марсии. Сквозь толпу замечаю влажные глаза папы. На его лице гордость.

Мэтти просто стоит, застыв на месте, с приоткрытым ртом. В уголках ее глаз собираются слезы.

Кейсон смотрит на нее снизу вверх и улыбается — спокойно и уверенно.

— Станешь?

Она выдыхает дрожащий смешок.

— Чтоо? — заикается она, и голос у нее дрожит.

Он тихо усмехается, не отводя от нее глаз.

— Станешь моей напарницей в седле на всю жизнь?

Секунду она не двигается. Только моргает, глядя на него сверху вниз. Потом издает звук, похожий то ли на всхлип, то ли на смех, и закрывает рот ладонями.

— О боже, — шепчет она, кивая, а слезы уже катятся по щекам. — О боже.

Он остается на месте и терпеливо ждет. Свет костра пляшет на овальном бриллианте в коробочке.

— Да! — вдруг выкрикивает она, и голос срывается. — Да! Конечно, стану.

Прежде чем кто-то успевает отреагировать, она бросается ему на шею. Он легко ловит ее, поднимаясь с одним коленом, обнимает за талию, а она прячет лицо у него на шее. Вся толпа взрывается криками и свистом.

Я хлопаю так сильно, что ладони начинают гореть, смеюсь и плачу одновременно. Шелби рыдает в плечо Кейба, а Имма Джин держит руку на сердце и что-то шепчет небесам. Ведет один из своих разговоров с мамой.

Кейсон осторожно ставит Мэтти на ноги, и на одно мгновение их лбы соприкасаются. Потом он достает кольцо из коробочки и надевает ей на палец.

Оно подходит идеально.

Она смотрит на него так, будто не верит, что это правда, а потом поднимает глаза на Кейсона. Они сияют.

— Я люблю тебя, — шепчет она.

— Я тоже тебя люблю, — тихо говорит он. А потом целует ее так, что воздух вокруг будто вспыхивает.

Крики становятся громче, и Имма Джин вытирает глаза. Когда появляются дядя Бун и тетя Айрин с ведерками льда, в которых стоят бутылки шампанского, Имма Джин хватает одну и выстреливает пробкой. Та взлетает прямо в ночь, а шлейф пены ловит свет.

Пробка падает где-то во дворе. Имма Джин разливает игристое в два бокала для Кейсона и Мэтти. Бабушка Эвелин открывает еще одну бутылку и начинает наполнять бумажные стаканчики, а папа раздает их гостям.

Когда у всех в руках оказывается стаканчик, Имма Джин поднимает свой в воздух.

— За счастливую пару! — выкрикивает она.

Мы высоко поднимаем стаканчики, и наши голоса разносятся в ночи.

— За Мэтти и Кейсона!

Мэтти смеется, все еще вытирая глаза, и прижимается к нему, когда он обнимает ее за плечи. Они выглядят как воплощенное счастье. Как ожившая песня о любви в стиле кантри.

Серебристое кольцо поблескивает на ее пальце, когда она подпрыгивает к нам с Шелби и Харли. Она машет рукой перед нашими лицами.

— Вы можете в это поверить? — говорит она дрожащим голосом. — Он меня полностью удивил. Я даже не… о боже!

Шелби шмыгает носом и смеется сквозь слезы.

— Да, можем. Мы неделями помогали этому мужчине все спланировать.

— Подожди, что? — Мэтти поворачивается к ней.

Харли озорно ухмыляется.

— Ага. Как ты думаешь, почему я так рано примчалась домой?

— Вы все такие хитрые, — говорит Мэтти, качая головой.

— Ты правда ничего не заподозрила? — спрашиваю я.

— Черт, нет, — говорит она. — Я понятия не имела. Ни о вечеринке, ни о предложении. Я думала, вчерашний ужин и танцы в «Пьяной корове» — это все. Я никак не ожидала такого.

— Отлично! — Я делаю глоток шампанского и чувствую, как пузырьки щекочут горло.

Звезды над головой будто становятся ярче, а воздух — легче.

Брайс появляется рядом с Кейсоном, сжимает его плечо и поздравляет.

Я смотрю на него краем глаза.

Он тоже смотрит на меня, и на секунду все остальное исчезает. Остаемся только мы двое, и от этого взгляда меня всю завязывает узлом. Я сглатываю и отворачиваюсь, делая вид, что сосредоточена на том, как Мэтти показывает кольцо бабушке Эвелин.

Имма Джин начинает резать торт и раздавать куски на бумажных тарелках. Мэтти кормит Кейсона с вилки и смеется, когда он пачкает ей нос кремом. Он слизывает его поцелуем, и толпа снова сходит с ума.

— Господи помилуй, — говорит бабушка, обмахиваясь рукой.

— Что? — спрашиваю я.