Она покручивала тяжелый крест на цепочке, и я поняла, что она, должно быть, стащила его у кого-то из тех людей, которых наверху превращали в вампирское мясо. Самого креста я не боялась, но я чертовски испугалась, что он может оказаться серебряным.

Я осторожно ухватилась за цепь между мной и Ларсом. Если дойдет до того, что придется вырвать ему руку с корнем, чтобы защитить малыша от Селин, я сделаю это без всяких вопросов.

— Анна идет за мной.

Скрывать это больше не было смысла, раз уж Рэйвен в курсе.

— Но прямо сейчас её здесь нет, верно? — Селин обвела комнату по дуге.

Я, может, и была сильнее неё, но сейчас представляла собой идеальную мишень. Она рванулась вперед, и я отпрянула назад, врезавшись в Ларса; для защиты я могла использовать только одну руку. Мои руки были голыми, а на ней были перчатки и платье. Я ощутила обжигающий укус серебра, когда цепь обвилась вокруг моего предплечья, после чего Селин резко дернула её на себя и замахнулась снова, на этот раз целясь мне в лицо.

Я вскрикнула, вскидывая прикованную руку, но недостаточно быстро: серебро хлестнуло меня по тыльной стороне ладоней, и я зажмурилась, пытаясь защитить глаза. Она рванулась к моему горлу, и я почувствовала, как сзади на шее что-то с треском сорвалось, а по всему предплечью разлилась обжигающая боль до самой кости. Я вслепую замахнулась на неё, но она уже отскочила обратно к двери.

— Это тебе за мое лицо, сука! — крикнула она. — Посмотрим, сколько времени у тебя уйдет на то, чтобы залечить это без крови.

Крест свисал из её руки, с каждым взмахом цепочки разбрызгивая по полу капли моей крови. В другой руке она сжимала мое ожерелье — подарок, который Ашер сделал мне после помолвки на «Мараскино».

— Желаю весело провести время с Ларсом. Жду не дождусь услышать, как ты будешь визжать, — бросила она, направляясь к выходу.

Она шагнула в тень, и я увидела, как Тени метнулись вслед за ней, словно пришитые. Они уходили вместе с ней, потому что она могла уйти. Я не могла их винить.

Мы снова остались только вдвоем, малыш. И Ларс.

ГЛАВА 28

Я чувствовала запах собственной крови. Оставалось надеяться, что это не заставит Ларса проснуться быстрее. Моя кожа пыталась исцелиться, но какое-то свойство серебра не позволяло ране затянуться — я могла двигать рукой и запястьем, но все это нещадно жгло, и я была уверена, что останется шрам.

Я прижала руку к тому месту на шее, где раньше висело мое ожерелье. Всё это время я принимала его как должное. Еще один осколок моей прежней жизни канул в никуда.

Ну что, малыш, прощай твое наследство.

Мне хотелось плакать от истощения, разочарования и боли, но я слишком сильно боялась. И мне нужно было сделать выбор в промежутке между нынешним моментом и временем примерно через десять часов — судя по моим часам. Выбор между тем, чтобы оторвать человеку руку к чертям, или быть сожранной заживо.

Одно дело, если бы отсюда можно было выбраться, покинув эту комнату. Даже если бы я смогла пробить себе путь наружу, таща за собой мертвую руку Ларса, я всё равно осталась бы запертой приказом Рэйвена «оставаться в здании». До тех пор, пока Анна не убьет его, а для этого ей сначала придется пробиться сквозь хрен знает сколько новорожденных вампиров наверху.

Я вздохнула и уткнулась головой в колени, а моя прикованная рука безжизненной плетью лежала на полу.

— Должен быть какой-то способ, — прошептала я сама себе, надеясь, что если я притворюсь, будто он существует, это придаст мне сил.

— Рад это слышать, — раздался совсем крошечный бестелесный голос.

Я моргнула и резко выпрямилась.

— Сюда, — позвал голос.

За ухом Ларса виднелось крошечное, размером с ногтевой скол, маслянистое пятнышко тьмы — всё, что осталось от Теней.

— Что ты всё еще здесь делаешь? — я присела на корточки поближе к ним. То, что от них осталось, едва заполнило бы наперсток.

— Мы следовали за тобой так далеко от дома. Мы пока не собираемся бросать тебя, — сказали они, закручиваясь во время речи.

Их вера в меня была столь же трогательной, сколь и неуместной.

— Спасибо.

— Прикроешь нас здесь, ладно? — попросили они, и, несмотря на всё мое желание оказаться в этот момент где угодно, только не здесь, я придвинулась ближе к Ларсу, чтобы они могли спокойно ползать по нему и стене.

— Ты куда вежливее, чем остальные твои сородичи.

Крошечный клочок тьмы оскорбленно фыркнул:

— Они нам тоже никогда не нравились.

***

Я не видела, что именно они делают, когда расползаются, но они периодически отдавали мне команды сдвинуться вправо или влево, и я подчинялась в пределах, которые позволяла цепь.

— Твои наручники и его выше наших возможностей, да и твоих тоже. Но болты, которыми он прикован к стене, короткие и старые. Возможно, тебе удастся вырвать его оттуда.