Я замер и внимательно посмотрел на Берта. Тот не понял, почему я так гляжу на него, и забегал глазами: мол, что я такого сказал?

– Погоди, что за МОИ ЗЕМЛИ?

– Ну как же, ежели старожилы не брешут, кусок земли у вас есть за Эст-Долом. Но там хозяйничает барон фон Грюнхарт.

– И какова ширина реки в том месте? – спросил Свят.

– Локтей сто – сто-двадцать, может больше.

Локтей сто… то есть где-то шестьдесят-семьдесят метров.

– Погоди, Берт! Хенрик! Неси мою сумку! Там карта…

– Да, милорд…

– Мэва! – я громко позвал служанку и когда девица появилась в комнате, приказал, – Принеси Берту мяса и пива.

– Будет сделано, милорд! – девушка убежала.

Оруженосец затопотал башмаками по скрипучим ступеням на второй этаж в мои покои. А я встал и заходил по залу, заложив, как всегда, руки за спину. На карте, что я получил от канцелярии герцога – никакого кусочка земли за рекой не было, а граница между Грюнхартом и Вальденбургом проходила по реке Эст-Дол. Если он всё же есть, то этот ушлый сосед фон Грюнхарт мало того, что непонятным образом продолжает валить лес на моём берегу, так и поставил бараки сплавщиков на моей земле. Вопрос: почему и кто ему это разрешил?

– Господин барон! Карта…

Хенрик развернул всё передо мной.

– Берт, иди-ка сюда! – подозвал я крестьянина.

– Я не очень разбираюсь в картах, милсдарь, – смущённо признался Берт, – И грамоту не разумею.

– Ничего страшного. Смотри – вот наш Вальденбург, вот «Вороний коготь», вот река Серебряная, долина, вот лес. Вот граница с Грюнхартом по реке, – я заводил пальцем по карте, – Где примерно эти бараки? Если что, вот здесь находятся лесорубы.

Берт смешно наморщил нос, почесал затылок и ткнул грязным пальцем в точку на реке Эст-Дол:

– Наверное, где-то здесь, господин.

Мэва появилась в зале, поставив на стол угощение для «информатора», и я нетерпеливым взмахом руки снова прогнал её.

– Где-то здесь, – задумчиво повторил я, – Надо проверить… Надо проверить! Ты ешь давай, Берт!

Крестьянин накинулся на еду, а я снова принялся ходить по залу под удивлённым взглядом Хенрика. Свят, напротив, улыбался, наблюдая за мной. Клянусь, в глазах старого служаки и верного компаньона моего отца горело по-настоящему отеческое одобрение.

– Скажи-ка мне, Берт, а сколько людей барона Грюнхарта работает на ЭТОМ берегу?

– Ну, когда я туда привозил лес, то человек десять было точно.

Человек десять. Это не проблема. Тем более это не солдаты. Однако я прикинул: сколько могла стоить хорошая железная цепь на сто двадцать локтей. Бо́льшую часть денег потянет даже не сырьё, хоть оно и дорогое, а работа кузнеца. Не меньше тридцати талеров! М-да, больновато… А если?

– Берт, ты же говорил, что ты рыбачишь? – прищурился я.

– Да, господин, – жадно проглотив большой кусок, просипел крестьянин.

– А ты можешь быстро сплести рыболовную сеть длиной в сто двадцать локтей?

Мужик помотал отрицательно головой:

– Ежели были бы люди в помощь и хороший материал, может, и смог бы, но так чтобы быстро – у меня не выйдет. Тут должен работать тот, кто всю жизнь такое мастерит. А у меня и пряжи столько не будет…

– Сколько будет стоить такая сеть?

– Ставная сеть такой длины в среднем где-то два талера будет стоить. Если срочно плести, то и все три может получиться, – ответил крестьянин.

– Понятно, а готовые купить можно только в Эстере?

– Или там, или в Сен-Дейнице, в главном городе Грюнхарта. Он даже поближе к нам будет… – ответил мужик и жадно, пока я не задал новых вопросов, выхлебал залпом всё пиво.

– Ладно, Берт. На сегодня всё. Ты очень помог мне.

– Господин, а вол и телега?!

– Поутру найдёшь коннетабля Гумбольдта и получишь, что я обещал. Я его предупрежу. Но учти – наш разговор ещё не закончен! – чуть остудил я пыл уже заулыбавшегося мужика, – Завтра ты едешь с нами. Надо забраться в кое-какое место и забрать кое-что.

– Это куда же мы поедем? – удивился крестьянин.

– Всё увидишь. И ещё – пока будешь ездить по моим или своим делам – слушай всё внимательно. Говори с людьми, будешь докладывать мне всё важное.

– А как я пойму, что то, что я услышал – важно? – задал логичный вопрос мужик.

– Запоминай всё, что слышно про сержанта и его людей, про старосту, горцев или разбойников. А там дальше посмотрим.

– Понял, господин!

– Всё, о чём мы здесь говорили, должно остаться между нами, Берт. Не подведи меня! – сурово посмотрел я на крестьянина и показал ему кулак.

– Будьте спокойны, господин, я же не дурак о таком трепаться… – торопливо закивал мужик.

– Вот и отлично. А теперь ступай.