И вот я закончила. Великолепные волосы Вероники, которые она, вероятно, отращивала годами, лежат аккуратной стопкой на полу подвала. Без волос Вероника немного похожа на остриженную овцу. Её кожа головы очень бледная.

Я делаю шаг назад, чтобы полюбоваться своей работой. Вероника уже не так ослепительно прекрасна, теперь, когда большая часть её волос исчезла, а то, что осталось, торчит неровными пучками по всей её голове. И, конечно, вдобавок ко всему, она всё ещё рыдает, а её лицо стало красным и пятнистым.

Но самое худшее?

Она всё ещё очень красива!

Джереми не посмотрит на неё и не решит, что больше не хочет её. Особенно если он пишет ей, что любит её. Очевидно, что нужно что–то посерьезнее, чем плохая стрижка, чтобы изменить это. Что–то более существенное.

Мне нужно подумать.

– Я вернусь, – обещаю я ей. – Даже не думай пытаться сбежать. Ты об этом пожалеешь.

Я оставляю Веронику в подвале, кричащую и рыдающую, извивающуюся в куче собственных волос, пока она пытается освободиться от пут, несмотря на моё предупреждение. Всё в порядке – она не выберется. Когда я поднимаюсь наверх, я бросаю ножницы на журнальный столик, и в этот момент её телефон жужжит с очередным текстовым сообщением. Если это ещё одно любовное послание от Джереми, клянусь, я закричу.

Но когда я беру телефон, сообщение не от Джереми. Оно от кого–то по имени Лола.

Ну и что ты собираешься с этим делать?

Делать с чем? Я пролистываю назад, чтобы прочитать остальную часть её разговора с Лолой, и хотя похоже, что она удаляла большую часть их сообщений, последние несколько всё ещё видны:

Я сделала тест.

Ну? Что он показал?

Он положительный.

Тошнотворное чувство заполняет мою желудок. Я думала, что есть способ отвадить Веронику от моей семьи, но эта фантазия вылетела в окно. Вероника не уйдёт от Джереми. Теперь уже нет.

Вероника беременна.

Глава 43

Вероника беременна.

Она носит ребёнка моего мужа. Я не знаю, как это могло случиться. Я имею в виду, да, я понимаю биологию этого. Но она не могла же захотеть ребёнка от него? Или могла?

Что мне теперь делать? Я была уверена, что смогу заставить её уйти с помощью достаточного финансового убеждения. Но если у неё внутри растёт ребёнок, может потребоваться немного… дополнительного убеждения.

Но что даёт мне надежду, так это то, что Лола спросила Веронику, что она собирается делать. Что означает, что её беременность, скорее всего, не была ожидаемой или даже желанной. Вероятно, она забеременела случайно, потому что её двадцативосьмилетнее тело просто такое фертильное, в то время как я последние пять лет отчаянно надеялась и молилась, чтобы боги плодородия благословили меня и моего мужа ещё одним ребёнком. Сомневаюсь, что у Вероники были те же мечты, что и у меня, о доме в пригороде, любящем муже и детях. Она, вероятно, не хочет растяжек.

Знает ли Джереми о ребёнке? Если знает, это меняет всё. Он точно захочет жениться на ней, если узнает. Я до сих пор помню, как он был полон решимости связать нас узами брака, когда узнал о Тедди.

Затем меня осеняет: у меня есть доступ к их текстовым сообщениям.

Мои руки дрожат, пока я пролистываю сообщения назад. Она тоже удалила много из них, а те, что остались, довольно безобидны. В основном планы о том, чтобы встретиться. Ещё несколько признаний в любви, но я не могу не заметить, что Джереми всегда говорит это первым. И, конечно, они несколько раз говорят обо мне. И не очень лестно.

Хотя, полагаю, это справедливо.

Но я не вижу ничего о тесте на беременность. Ничего, что хотя бы намекало бы на это. Что заставляет меня думать, что он не знает.

Пока я пролистываю, на экране появляется сообщение от Джереми:

Могу я набрать по FaceTime Тедди примерно через час?

О боже, он не может оставить это? Я ценю, что он хочет быть рядом, когда Тедди ложится спать. Я всегда думала, что это мило, когда он звонил во время своих редких командировок, чтобы пожелать Тедди спокойной ночи. Это также было полезно, потому что Тедди часто отказывается засыпать, не попрощавшись с отцом. Но обязательно ли ему делать это сейчас?

Но затем я понимаю, что это может быть возможностью выяснить, что он на самом деле знает. Поэтому я начинаю печатать ответ:

Да, конечно. И, возможно, сегодня вечером мы могли бы поговорить о том, как справиться с этой ситуацией.

На экране появляются пузыри, указывающие на то, что он печатает, и я задерживаю дыхание. Он знает?

С какой ситуацией?

Он не знает. Это был очень явный намёк, и он его не понял. Он не знает о положительном тесте на беременность. Вероятно, он даже не знает, что она думала о том, чтобы сделать его.

Я не хочу, чтобы он заподозрил неладное, поэтому я начинаю писать текст, чтобы отступить, но затем на экране появляется ещё одно сообщение от него.