— Ничего экстремального. Я могу находить некоторое мягкое удовольствие в разговоре, еде, спарринге и других безобидных занятиях без изменения, но что-либо хаотичное, любая интенсивная эмоция — и я потерян на дни, а теперь на недели подряд. — Я замолкаю. — Есть еще кое-что. Раньше мое сознание оставалось полностью отдельным. Теперь есть связи.

— Связи?

— Я вижу и слышу мантикору. Почти как зритель.

Они наклоняют голову задумчиво, множество чувств мелькают на их лице, пока они обдумывают то, чем я поделился.

— Я подозреваю, что ваш зверь не знаком с вашей человеческой стороной, что в этом обличье означает отсутствие реальной власти над вашей магией? — Ве хмурится, когда я киваю. — Хранительница Звезд знает все это?

— О проклятии, но не о связи связанных судьбой, — говорю я, — и не о возможной эволюции нашей магии после связи.

Ви приближается, их глаза сверлят мою душу.

— Почему вы рассказываете мне это сейчас?

Сжав челюсть, я взмахиваю рукой.

— Я знаю, что ты и другие Королевские Звезды знаете, что надвигается что-то. Гниль, которую Сару выбрал вечный сон, чтобы искоренить столетия назад, поднимает свою уродливую голову. Мои советники говорят о некромантах в южном королевстве, о тайном заговоре с целью вернуть моего отца на трон и о тех самых людях, которые хотят использовать мою связанную судьбой, чтобы укрепить свою власть. — Я выдыхаю встревоженный вздох. — Феро задерживается. Я чувствую, как он заражает королевства. Возможно, не всего его, но достаточно, чтобы нарушить поток акаши. Его сила растет, пока Сару остается в богосне. — Я встречаю взгляд Королевской Звезды. — Мы должны быть готовы ко всему, что грядет, без закрепления магии Хранительницы Звезд.

— Есть ли способ снять это проклятие? — спрашивает Ве, и в их голосе слышна несвойственная им дрожь.

Бессилие наполняет меня.

— Нет. Я должен отвергнуть свою связанную судьбой и самый драгоценный, божественный дар связи, потому что если я поддамся, цена может означать ее смерть. Я не могу закрепить ее магию в этом обличье. Симург в конце концов поглотит ее.

— Ты должен рассказать ей, — мягко говорит Ве. — Она заслуживает знать правду, Дарриус. Всю правду.

Хотя мне не хочется этого признавать, в глубине души я знаю, что они правы.

Глава 23

Ани злится, и по праву, что я обманула ее. После нескольких дней игнорирования она смягчается, только когда я загоняю ее в угол в библиотеке.

— Ты собираешься избегать меня вечно? — спрашиваю я.

— Я думала, мы друзья.

Вина тяжелым грузом лежит на моем сердце.

— Мы друзья. Мне нужно было увидеть его, Ани, и я не была уверена, что ты позволишь мне.

— Он мог убить тебя! — рявкает она. — Боги, ты не понимаешь, что могло случиться? Проклятие... связь... ты понятия не имеешь, что ты... — Она обрывает себя странным полу-всхлипом, оставляя меня в отчаянии от ее прощения, но в конце концов моя мягкосердечная подруга сжаливается надо мной. — Обещай, что больше не будешь так рисковать.

— Обещаю.

Когда она со вздохом указывает, что я должна занять свое обычное место напротив нее, я собираю книги, которые изучала, и с благодарностью сажусь. Мы читаем в тишине. Я колеблюсь, признаться ли в том, что случилось с мантикорой, но не хочу получить ту же реакцию, что и от ее брата. Совершенно ясно, что король не верит мне, хотя я в глубине души знаю, что мантикора никогда не причинит мне вреда. Он может быть чудовищем для всех остальных, но для меня — нет. Откуда я это знаю, понятия не имею.

— Можно присоединиться? — спрашивает глубокий голос, заставляя и Ани, и меня поднять взгляд от наших книг.

Король Эверлии стоит у стола, выглядит высоким, растрепанным ветром и раздражающе красивым. Серебряные волосы распущены по широким плечам, он одет просто в черную тунику и штаны, без обычных доспехов, его татуировки выглядывают из-под ворота и вьются по рукам. Его выражение лица не такое холодное, как обычно, хотя я и не притворяюсь, что знаю, что означает каждая степень холода, когда дело касается этого переменчивого мужчины.

Нет никаких сомнений, однако, что моя неразумная тяга не угасла. Я пытаюсь скрыть чувства, которые король вызывает во мне, но его присутствие невозможно игнорировать. Я чувствую, что взгляд Ани обращается в мою сторону, но я сохраняю лицо нейтральным, несмотря на бурю в моем теле.

— Мне не мешает, — небрежно говорю я.

Ани указывает на свободное место, и ее брат разваливается на стуле.

— Чему обязаны твоим визитом, Дар? — спрашивает она, ее удивление очевидно, учитывая, что он избегал нас обеих.

— Разве мужчина не может посетить свою собственную библиотеку?

— Ты раньше этого не делал, так чего ты хочешь? — спрашивает она. — Мы заняты.

— Что вы исследуете? — спрашивает он, глядя на разбросанные по столу книги.

Ани толкает один том из своей стопки книг к нему.