Мне не требуется никаких усилий, чтобы достичь ее. Стены не представляют препятствий, также и вооруженные стражники, патрулирующие каждый коридор и каждый дверной проем. Амма в дальнем крыле дворца, спит в просторной комнате. Слава звездам, она не в сырой камере где-то. Но ее волосы спутаны, а ее пухлые щеки больше не вздернуты и не румяны от смеха, а впалые и желтые.

— Что они с тобой сделали, моя сладкая Амма? — Эфирная рука формируется из моей звездной пыли, чтобы мягко убрать волосы с ее лица. Она беспокойно бормочет во сне. Я не могу вынести мысли оставить ее, поэтому я напеваю колыбельную, которую моя мать пела мне.

Ее глаза распахиваются... и останавливаются прямо на мне.

— Сурайя.

Мои звездные губы шепчут ее имя.

— Амма?

— Это ты. — Она протягивает вверх покрытую синяками руку, ее пальцы проходят сквозь меня, рука застревает между лучами магического света.

— Ты меня видишь? — мягко шепчу я, словно это трюк и она исчезнет в любую секунду.

— Такая яркая, — говорит она, щурясь на меня. — Мерцание крыльев и ярких перьев хвоста. Акаша. Твоя магия — прекрасная жар-птица, как моя сестра говорила.

— Ты в порядке? Они сделали тебе больно?

— Нет.

— Как это возможно? — шепчу я.

— Насрин была такой, как ты, — говорит она, — с акашей, богатой в ее крови. Она была одаренной целительницей. Я не помню, чтобы ее аура была такой же сильной, как твоя, или такой яркой. Я не была благословлена подобными способностями, но могла чувствовать ее. Мы были связаны кровью.

— Она была Хранителем Звезд?

Она кивает.

— Та, что не была пробуждена. Ее время не пришло.

Я вспоминаю, что старуха сказала мне при первой встрече — судьбы будут ждать, пока их не призовут.

— Почему она не сказала мне? — Я протягиваю свои меченые руки вперед, хотя они не полностью видны. — Я была отмечена, как и она. Она знала, кем я могу стать.

— Они с Хассаном хотели защитить тебя. — Она замолкает, боль искажает ее лицо. — Однажды они приходили за тобой, когда тебе было два. Морварид хотела провести темный ритуал, чтобы связать тебя с ее сыном.

— Королева? — спрашиваю я, пораженная.

— Она была — есть — магом смерти, — говорит Амма. — Единственная причина, по которой их не застали врасплох, была в том, что друг во дворце предупредил их.

Призрачные мурашки пробегают по моей духовной плоти. Маг смерти. Я знала, что она прогнила до мозга костей. Но затем мои глаза сужаются.

— Друг? Кто это был?

— Сестра королевы, Нихира. Она была Элонийкой, из Дома Фомальгаут. Она знала об одержимости своей сестры.

Мать Рошана. Художница, создавшая картину, которую моя мама так любила. Интересно, знает ли Рошан, что наши матери были подругами. Кажется, мы всегда были связаны, еще до нашей встречи, до нашего рождения, словно нам всегда было суждено защищать друг друга, соединенных любовью наших матерей.

— Нихира была той, кто предупредила твоих родителей и помогла им бежать из дворца и Калдари. Они с Насрин наложили на тебя защитные руны, чтобы тебя не нашли. Твоя мать привязала эту магию к своей собственной жизненной сущности. — Она сглатывает, печаль наполняет ее глаза. — Она отдала каждую каплю целительной силы своей души, чтобы укрыть тебя.

Мое сердце сжимается.

— Так это я убила ее?

— Нет, любовь моя. Она сделала то, что сделала бы любая мать для своего ребенка. Она защищала тебя до последнего вздоха с улыбкой на лице.

Мама...

— Мы с Хассаном поклялись оберегать тебя до конца. Мы собирались рассказать тебе много раз, но годы шли, и казалось, что королева забыла или сдалась. Мы были глупы, полагая такое.

— Она не забыла, — шиплю я сквозь зубы, эмоции бушуют во мне.

— Она хорошо скрывала свое прошлое. Орден Магов был распущен из-за разногласий в их собственных рядах. Маги смерти хотели воскресить Феро, чтобы вернуть магию и силу в Ориндхр. Королева выжидала время, пока они не найдут тебя и Король Зарек не умрет.

— Я верю, что она убила его, — размышляю я вслух, — под прикрытием атаки Дахака.

— Я подозреваю то же самое.

— Амма? Что ты знаешь о пророчестве? Я встретила прорицательницу, которая сказала мне, что я стану сосудом для бога-близнеца. Но королева сказала, что им станет Джавед. Кто из нас прав?

— Я не знаю, любовь моя, — говорит она. — Элонийские пророчества всегда были открыты для интерпретации.

— Она сказала, что Джавед должен консумировать наш брак и забрать мое сердце, — говорю я. — Что это значит, помимо очевидного?

— Хранитель Звезд — это высшая жертва Феро, но если Джавед заявит права на тебя и акашу в твоей драгоценной жизненной крови, он сможет повелевать силой бога для себя. — Глаза Аммы затуманиваются, и затем она стонет, хватаясь за бок. Стоны переходят в серию влажных кашлей.

Амма не протянет долго в качестве пленницы. И в тот момент, когда Джавед совершит ритуал и получит желаемое, ее жизнь перестанет быть важной. Я должна придумать, как освободить нас до того, как это случится. Мои пальцы касаются ее лба.

— Постарайся отдохнуть. Я разберусь.