Вынимаю руки из воды, чтобы взять еще одну тарелку, разбрызгивая на него воду и пену.

— Боже мой, Кейден, мне так жаль! — хватаю кухонное полотенце и лихорадочно вытираю его, а потом понимаю ‒ о нет, я стою на коленях... Вытираю ему промежность.

Замираю, моя рука всё еще на нем, не сводя глаз с озорного блеска в его взгляде.

— Черт, извини! — отскакиваю назад, скованная паникой.

Мой взгляд меня предает, опускаясь к его паху ‒ где уже намечается выпуклость. Мне стоит отвести взгляд. Отведи взгляд, Рин. Но нет, «палатку», которую он ставит, хватит на целую туристическую группу, и я просто не могу оторвать глаз.

— Как насчет того, чтобы загладить свою вину за ужином? — его голос становится низким и хриплым.

С трудом сглатываю, разрываясь между желанием сказать «да» и мучительным напоминанием о том, что моя жизнь ‒ сплошной бардак. Я только втяну его в свои проблемы.

— Просто как друзья, — добавляет он, возможно, чувствуя мои колебания.

Спокойно, Рин, спокойно.

— Да, конечно. Когда? — голос дрожит, и чувствую, что в любую секунду у меня может начаться полномасштабная паническая атака.

— Сегодня вечером. Могу заехать за тобой, сходим в паб. Поужинать и выпить, как тебе?

— Да, отлично, — заправляю прядь волос за ухо, нервы на пределе. Дерьмо. Я бездомная. — Я, э-э, в данный момент живу у подруги. Может встретимся сразу в пабе?

Не хочу, чтобы он знал. Если узнает, то наверняка подумает, что я такая же жалкая, какой себя чувствую.

— Нет, всё в порядке. Заеду за тобой в семь. Напиши адрес, — говорит он, возвращаясь к мытью посуды, как будто в этом нет ничего особенного.

— В семь ‒ идеально, — бормочу, записывая адрес Энни на клочке бумаги и протягиваю ему. Что, черт возьми, мне надеть?

Энни заставила меня дважды принять душ. Она даже помогла мне побриться, отпустив ехидный комментарий по поводу моих «зарослей», как будто это какая-то национальная достопримечательность. Теперь я чувствую себя как ребенок, гладкая от шеи и ниже. Но с ней так легко смеяться, что на мгновение всё становится на свои места.

— Что, черт возьми, мне надеть? — спрашиваю, выходя из ванной, завернувшись в полотенце.

— Точно ничего из твоего гардероба, — ухмыляется она. — Ты идешь на свидание, а не на похороны.

— Позволь напомнить, он сказал «как друзья». Это не свидание.

— Ладно, малышка, — поддразнивает она, бросая мне пару рваных синих джинсов и красную майку с V-образным вырезом. — К счастью для тебя, у нас одинаковый размер.

— И вот в чем проблема, у меня нет запасного нижнего белья…

Она успокаивает меня, закрывая рот ладонью, и бросает мне красное кружевное белье в тон.

— Бирки всё еще на месте. Теперь это твое. Одевайся, сучка, — ухмыляется она, роясь в своей косметичке.

Срываю бирки и натягиваю одежду. Пытаюсь поправить джинсы ‒ с ними всё в порядке, а вот стринги… Не очень-то. Они попросту исчезают между ягодицами.

— Черт, Энни, ты купила эти трусы, чтобы использовать их вместо зубной нити?!

— Если повезет, то Кейден их использует именно так, — говорит она, приводя в порядок свой косметический арсенал. — А теперь сядь. Мне нужно поработать.

Подруга творит чудеса, маскируя синяк у меня под глазом ‒ прощальный подарок Аарона. В прошлый раз Кейден не спрашивал об этом. Возможно, он не заметил, благодаря мастерству Энни. На меня и так уже достаточно пялились из-за моего шрама.

Закуриваю сигарету, которую взяла с туалетного столика Энни, и дым мгновенно успокаивает мои нервы.

— Я думала, ты бросила, — она осуждающе поднимает бровь.

— Бросила, — пожимаю плечами и делаю еще одну затяжку. — Но, учитывая обстоятельства, внеси это в список моих неудачных решений.

— Мне всё равно нужно отвезти кое-какие вещи в кампус, так что я переночую там, — говорит Энни, ободряюще улыбаясь мне. — Рин, всё наладится. Сегодняшний вечер ‒ это только начало, тем более что это место в твоем распоряжении на всю ночь ‒ только ты и он, — она кладет руку мне на плечо, ловя мое отражение в зеркале. — Ты прекрасно выглядишь. Если Кейден этого не увидит, он идиот.

— Я люблю тебя, Энни, — тихо говорю, гася сигарету.

— И я тебя. А теперь иди и наслаждайся любовью Кейдена, — смеется она, обрызгивая меня духами.

Кашляю, отмахиваясь от ароматного тумана.

— Серьезно?

— Да ладно, у тебя во рту были вещи и похуже.

Я так сильно смеюсь, что чуть не падаю со стула. Вдалеке раздается рокот мотора, и мое сердце замирает. Этот ни с чем не сравнимый звук… Кейден здесь.

Когда я закрываю входную дверь в дом Энни, мой взгляд падает на старый синий «Holden», припарков ...