И снова контроль исчезает. Наши губы встречаются в пылком поцелуе, который воспламеняет каждый нерв в теле. Будто прорвало плотину, а прежний поцелуй был лишь фундаментом для этого. Девин отвечает с той же страстью, пальцы снова путаются в моих волосах, а ее стоны сводят с ума так, что я едва могу думать. Она тянет меня ближе, ногти впиваются мне в затылок. Я рычу низко в горле – звук скорее звериный, чем человеческий.

– Девин, – шепчу ей в губы, пробуя ее имя, как запретный плод.

Схватив за руку, тащу ее к своей спальне, но она останавливает меня у стены, всего в нескольких шагах от дивана. Не говоря ни слова, я обхватываю ее горло, пальцы обвивают тонкую шею. Она спотыкается, руки цепляются за мои, но я не отпускаю.

Прижимаю ее к стене, вжимаясь в нее всем телом. Ее дыхание перехватывает, глаза сверкают гневом и чем-то еще. Что-то более темное. Что-то, что взывает к дьяволу внутри меня.

– Что случилось, милая? – бормочу я низким и опасным голосом. Она извивается, пытаясь вырваться, но я крепко держу ее, и хватка не ослабевает. – Разве ты этого не хочешь?

– Ты под кайфом. Отпусти меня, – шипит она.

Я смеюсь.

– Никогда, – рычу я, свободной рукой задирая подол платья и собирая его на талии. Затем спускаю стринги, открывая ее. Провожу рукой по скользким складочкам, и на моих губах играет ухмылка, когда я чувствую ее влажность. – Смотри, какая ты мокрая для меня. Твое тело знает, кому оно принадлежит.

Она пытается сопротивляться, руками упираясь мне в грудь, ноги дергаются. Но я сильнее. Всегда был таким. Я просовываю в нее один палец, затем другой, большой палец обводит клитор.

Она задыхается, тело напрягается, глаза полны гнева и желания.

– Тебе придется бороться сильнее, – бормочу я, голос хриплый от похоти. – Иначе я заставлю тебя кончить прямо здесь, прямо на моей руке.

Продолжаю трахать ее пальцами, рука двигается в размеренном ритме, большой палец надавливает ровно настолько, насколько нужно. И между моими словами и ласками она, наконец, сдается.

Тает на мне, тело становится мягким, дыхание – прерывистым. Я считываю это, губы касаются ее уха.

– Все, милая, – рычу я. – Поддайся. Поддайся мне.

Она кончает с криком, тело содрогается, киска сжимается вокруг моих пальцев. Я крепко обнимаю ее, рука все еще на ее шее, тело прижимается к ее. Она моя. Она всегда была моей.

И теперь, когда она снова со мной, я никогда ее не отпущу. Больше никогда. Никогда.

Я протягиваю руку, расстегиваю штаны, освобождая член. Глаза Девин расширяются, а тело напрягается, и она снова начинает сопротивляться. Толкает меня в грудь, ноги дрыгаются, пытаясь сбросить меня.

– Ты не в своем уме.

Я смеюсь резким, язвительным смехом.

– Это бессмысленно, – рычу я, сжимая рукой ее бедро, чувствуя насколько она скользкая от возбуждения. – Твои бедра мокрые. Ты хочешь этого. Ты хочешь меня. Так что просто раздвинь эти красивые ноги и впусти меня.

В ее глазах сверкает вызов, ногти впиваются в мои руки. Я ухмыляюсь, обвиваю ее ногами свою талию и встаю у ее входа. Одним быстрым толчком врываюсь в нее, глубоко погружаясь в тугой, влажный жар.

Она вскрикивает, тело дергается, руки поднимаются, чтобы схватить меня за плечи, ногти впиваются так сильно, что я чувствую боль. Я скалю зубы – дикая усмешка, чувствую струйку крови.

Она пометила меня. Хорошо. Я хочу, чтобы она это сделала. Хочу, чтобы она оставила свои отметины на мне, так же, как я оставляю свои на ней.

Прижимаю ее к стене, мои бедра двигаются в неустанном ритме, член скользит внутрь и наружу. Она сопротивляется, ее тело сопротивляется. Я шиплю от того, как чертовски хорошо она сжимается вокруг меня, моя хватка крепчает, пока я продолжаю трахать ее, наши тела сцеплены в битве воли.

– Ты чувствуешь это? – стону я, голос хриплый от похоти. – Ты чувствуешь, как ты меня возбуждаешь? – я вбиваюсь еще сильнее, и она стонет, откидывая голову на стену, глаза остекленели от желания. – О, черт, как мне нравится, как ты сжимаешь мой член.

Ее бедра начинают двигаться в такт моим, тело отвечает моим толчкам, киска сжимается вокруг моего ствола. Я считываю это, губы касаются ее уха, голос превращается в тихое рычание.

– Эта киска моя. Можешь сопротивляться сколько угодно, но ты же знаешь, что это правда. Ты же знаешь, никто не заставит тебя чувствовать себя так же.

Я знаю, что она помнит меня. Знаю – она понимает, что я говорю не о том, что сейчас.

Она поворачивается так, что ее рот оказывается на моей шее, зубы впиваются в мою плоть. Я шиплю, двигая бедрами быстрее, член вонзается в нее с силой, от которой мы оба задыхаемся.

Я чувствую, как нарастает ее оргазм, ее тело напрягается, дыхание становится прерывистым. Моя собственная разрядка приближается, член набухает внутри нее, яйца поджимаются.

– Пойдем со мной, – рычу я, голос хриплый от желания. – Докажи мне, как сильно тебе нравится, как я тебя трахаю.