— Да, — отвечаю я. — Наверное. А ты почему здесь?

— Я хотела убедиться, что с тобой всё хорошо. Ждала, когда ты выйдешь.

— Правда? — удивляюсь я. — Зачем тебе это?

Она в недоумении хмурит брови.

— Потому что я волновалась за тебя. Сципион была с тобой строга?

Я отвечаю ей сухой улыбкой, благодарная за её заботу. Может быть, я не так одинока, как мне казалось.

— Всего лишь пара неприкрытых угроз. Ничего особенного.

Она смотрит на меня с сочувствием.

— Мне жаль. Всё утрясется, как только все к тебе привыкнут.

Я улыбаюсь в ответ.

— На это и надеюсь. — Я оглядываюсь по сторонам и делаю шаг ближе. — Насчет того, что ты видела раньше. С Руком?

Её глаза загораются.

— Да? Вы выглядели довольно мило. — Она легонько толкает меня бедром и игриво дергает плечами, бросая многозначительный взгляд. — Рассказывай всё. — Она поднимает руку. — Конечно, только если хочешь.

Я тяжело вздыхаю и запускаю пальцы в волосы.

— Не уверена, что есть что рассказывать. Думаю, это был просто порыв или что-то в этом роде. Я была расстроена из-за родителей, а он остановил меня. Я была на эмоциях, мы увлеклись. Ничего серьезного.

— Оу, — её лицо немного вытягивается. — Что ж, может, позже это станет чем-то серьезным. Он очень милый.

Я фыркаю. — Он гораздо больше, чем просто милый.

Домино хихикает, прикрывая рот ладонью.

— Я не хотела так говорить. На самом деле он чертовски красив.

Я издаю короткий смешок и стону.

— Мне не нужно об этом напоминать. К тому же он — очень плохая идея.

— Это тебя пока не останавливало, — говорит она. Я смотрю на неё, а она расширяет глаза. — Прости, я не хотела…

Я снова смеюсь и качаю головой. Мне нравится, что она чувствует себя достаточно свободно, чтобы поддразнивать меня. Надеюсь, это значит, что мы становимся подругами.

— Нет, ты абсолютно права. — Я наклоняюсь ближе. — Можешь никому не говорить? Думаю, он бы предпочел, чтобы это осталось тайной. Он довольно скрытный.

— Конечно, — отвечает она. — Я бы никогда. Хотя кто-то другой мог вас увидеть. Вы были не так уж надежно спрятаны от посторонних глаз.

Я провожу ладонью по лицу.

— Точно. Что ж, будем надеяться на удачу.

Мой взгляд мечется в сторону соседнего зала, где все общаются.

— Что ты планируешь делать? Твои родители еще здесь?

— Нет, они только что ушли. Я собираюсь на паром, где будет вечеринка. Он скоро отходит. Пойдешь со мной?

Я могла бы пойти и спрятаться. Скрыться от всеобщего осуждения.

Это заманчиво, но я не хочу оставаться одна.

— Мои родители еще здесь? Ты их не видела? — спрашиваю я.

— Думаю, они еще здесь, — отвечает она. — Мы можем пойти на пристань в обход. Нам не обязательно проходить через зал.

Я с облегчением выдыхаю.

— Это было бы идеально.

Домино берет меня под руку, и в груди разливается что-то теплое. Возможно, сегодня я потеряла всё, но, кажется, я начинаю обретать нечто новое.

Мы пробираемся по тихим коридорам школы, а Домино воодушевленно рассказывает о своей симпатии — парне, с которым она надеется потанцевать сегодня вечером. Мои плечи расслабляются по мере того, как мы идем. Может, всё не так уж плохо? Возможно, в конце моих сомнительных решений всё-таки есть свет.

Мы выходим наружу и обходим здание, оказываясь у арочного входа над каналом. Вместо маленькой гондолы, на которой мы приплыли в первый день, на воде покачивается многопалубный паром. Он построен из золотистого металла, украшен филигранью и сотнями живых цветов. Десятки людей уже заполнили каждый ярус. Перила и колонны опутаны сияющими белыми гирляндами, а звуки музыки устремляются в небо.

Это будет весело, решаю я. Я больше не хочу прятаться. Я хочу принять эту новую реальность.

Последние несколько месяцев были полны напряжения, а мне хочется начать наслаждаться своим временем в Эмери. Это то, чего я так долго хотела. Я наконец свободна от Нокса, и я поцеловала Рука. Я до сих пор не могу в это поверить. Ощущение его губ на моих въелось в кожу, и даже если он пожалеет об этом и это никогда не повторится, я сохраню это воспоминание надолго.

Но мне очень, очень хочется, чтобы это повторилось.

— Пойдем, — говорит Домино, дергая меня за руку. Мы переходим по трапу и запрыгиваем на борт.

— А вот и вы! — восклицает Джорни, подходя к нам с коктейлем в руке. — Ты нашла Поэт!

— Привет, — говорю я, готовясь к лавине вопросов, которые она сейчас на меня обрушит.

— Пойдем к бару, — говорит она, подмигивая. — У меня такое чувство, что тебе не помешало бы выпить.

Я делаю судорожный вдох, прежде чем она ведет нас к дальней стороне главной палубы. Там мы находим бар, задрапированный сверкающим фиолетовым бархатом. С напитками в руках мы ищем место, где можно сесть, и находим деревянную скамью, изогнутую вдоль носа корабля.