— Даже у меня. Даже начальник отдела ФБР не сможет поднять его без прямого разрешения сверху. Всё… сложно.

Сложно. Это слово они используют всегда, когда дело пахнет чужими тайнами. И здесь эти тайны определенно есть.

— Понимаю… — лгу я.

— Могу сказать тебе только одно, — добавляет он тише. — Держись от него подальше, Лейла. Есть имена, которые никогда не должны появляться в твоих поисковых запросах, и его имя — одно из них.

Я вешаю трубку прежде, чем успеваю сказать то, о чем пожалею. Кладу телефон на стол и остаюсь сидеть, молча глядя на него.

Нейтан Джонс не должен был выйти из тюрьмы. А раз он вышел, значит, кто-то захотел видеть его на свободе.

Я снова беру телефон и всматриваюсь в снимок. Он видел меня. Это был он? Зачем присылать его мне? Неслучайно. И не просто чтобы пригрозить. Чтобы предупредить.

Я прикусываю губу и закрываю глаза.

Это не должно меня так волновать. Я не должна чувствовать этот коктейль из страха и влечения, который скручивает мне живот. Он брат моего мужа. Преступник. Мужчина, которого вообще не должно быть в моих мыслях.

И тем не менее он там есть.

Я начинаю мерить комнату тяжелыми шагами, анализируя всё, что мне известно:

1. Он младший брат моего мужа.

2. Он сидел в тюрьме. Но сколько лет?

3. Какое преступление он совершил?

4. Насколько он опасен?

5. Должна ли я держаться от него подальше?!

Я мысленно вычеркиваю последний пункт и в изнеможении падаю на диван.

Этот мерзавец разговаривал со мной всего раз в жизни, но этих нескольких минут хватило, чтобы заставить меня усомниться во всем. Возможно, это даже не он прислал мне фото. Но любопытство и желание узнать правду теперь не оставят меня в покое.

Его голос продолжает звучать во мне навязчивым эхом. Его глаза — один светлый, другой темный — будто смотрели на меня всю жизнь, даже когда я не подозревала, что за мной наблюдают.

Я делаю глубокий вдох.

Я не жертва.

Я адвокат.

И если Нейтан Джонс хочет поиграть со мной, ему придется узнать, что не стоит играть с той, кто знает законы темноты лучше, чем кто бы то ни было.

4

Голос в машине

Лейла

Я сойду с ума.

Вот уже три дня я получаю одно и то же фото.

Каждый раз тот же ракурс, то же расстояние.

Одно — когда я паркуюсь перед офисом.

Другое — когда иду к дому с сумкой в руках.

Последнее, сделанное сегодня утром, — когда я задергиваю шторы в гостиной.

Я подумывала заявить в полицию, сменить номер, установить камеру. Но каждый раз я останавливаюсь. Потому что какая-то часть меня хочет узнать, как далеко он зайдет. И эта мысль пугает меня сильнее, чем сам Нейтан.

С тех пор как он вышел, моя жизнь начала окрашиваться в серые тона. Мне кажется, я натыкаюсь на него повсюду: в нескольких шагах от себя, достаточно близко, чтобы коснуться, достаточно далеко, чтобы я не могла ни в чем его обвинить.

В тот вечер я задерживаюсь в офисе дольше обычного. Кристиан на дежурстве — или, по крайней мере, он так сказал. В последнее время я уже не понимаю, говорит ли он по привычке или чтобы что-то скрыть. Наш брак угас много месяцев назад. Он не целует меня, больше не прикасается ко мне. Но меня это не волнует. Правда в том, что я больше ничего к нему не чувствую.

Я завожу машину и собираюсь включить передачу, как вдруг замечаю кое-что в зеркале заднего вида: тень, застывшую под фонарем, слишком неподвижную для обычного прохожего.

Он смотрит на меня.

Я сжимаю руль.

Возможно, это совпадение.

Возможно.

Я собираюсь тронуться с места, но радио со скрежетом и электрическим треском включается само по себе. Экран мультимедиа мигает, выдавая код ошибки, который тут же исчезает. Сердце подлетает к самому горлу.

— Не оглядывайся, цветочек. Просто езжай, — шепчет Нейтан.

Его голос заполняет салон — низкий, хриплый, будто он говорит мне прямо на ухо. Он доносится не только из передних динамиков, но и из задних, и из центрального. Он окружает меня со всех сторон.

Я вцепляюсь в руль так, что белеют костяшки пальцев. Пытаюсь нажать на кнопку выключения, но экран продолжает гореть, а громкость заблокирована.

— Я ждал тебя. Ты же знаешь, я не могу от тебя оторваться.

Его тон кажется почти нежным, но за ним скрывается какой-то голод.

— Тсс. Не останавливайся. Набирай скорость и веди машину как ни в чем не бывало. Хочу видеть, как ты пытаешься притвориться, будто у тебя уже не промокло между ног от одного только моего голоса.

Дикая дрожь прошивает спину. Машину слегка ведет в сторону. Он тихо смеется — от этого искаженного звука у меня по коже бегут мурашки.

— Хорошая девочка. Продолжай в том же духе. Прямо сейчас я наблюдаю за тобой через спутник… и воон через ту камеру на углу улицы. Ты же знаешь, что у меня есть доступ ко всему, правда?