В памяти всплывает фрагмент: Бетти, девочка, найденная мертвой в Уинтер-Лейк. Архивное дело. Сфабрикованные улики. Кто-то снимал чью-то частную жизнь на видео и использовал это. Правда оказывается масштабнее, темнее и жестче, чем я могла себе представить.

Сидя на диване, я закрываю глаза. Всё смешивается в сплошной хаос: Кристиан, говорящий об убийствах и сокрытии улик; Нейтан, сверлящий меня взглядом из больничной тени; и я — манипулирующая крупицами правды и погрязшая во лжи, неспособная оторваться ни от одного из них.

Я подаюсь вперед, зарываясь руками в волосы, сердце разбито вдребезги. Вина перед Кристианом и страх перед Нейтаном смешиваются с каким-то извращенным влечением. Чем сильнее я пытаюсь разобраться, где здесь любовь, где одержимость, а где смертельная опасность, тем глубже чувствую себя загнанной в ловушку.

Я валюсь на диван, головная боль становится невыносимой. Перед тем как потерять сознание, меня пронзает одна мысль: Нейтан уже победил. И не потому, что причинил мне физическую боль, а потому, что полностью завладел моим разумом.

С сегодняшнего дня список моих вопросов стал только больше:

1. Действительно ли Кристиан защищал меня, или он также пытался спасти себя и своего брата?

2. Был ли Нейтан всего лишь пешкой в этой опасной игре, или на нем лежит его собственная вина?

3. Оказалась ли моя работа безвозвратно осквернена и разрушена братьями Джонс?

Правда опасна, но она необходима, чтобы стать свободной.

22

Кожа к коже

Лейла

Дом погружен в тяжелое молчание, которое нарушают лишь легкое гудение холодильника и тиканье далеких часов. Каждая комната кажется коридором из теней, а я заперта где-то посередине между страхом и паранойей.

Это кошмар наяву. Стоит мне закрыть глаза, как на меня накатывают флешбэки: признание Кристиана в машине, Нейтан в больнице с этим его взглядом, который, казалось, читал меня изнутри.

А потом я слышу это.

Едва уловимый скрип со стороны стеклянной двери на террасу. Сердце прыгает в горло. Я медленно приближаюсь, испытывая ужас вперемешку с неконтролируемым любопытством.

Тень там. Это Нейтан.

— Что ты здесь делаешь? — шепчу я дрожащим голосом.

На мгновение он замирает, а затем включает настольную лампу. Слабый свет озаряет его лицо. Он подходит ближе с просчитанным спокойствием.

— Ты когда-нибудь задумывалась, что я чувствую, когда наблюдаю за тобой? — он делает паузу. — Это не просто любопытство. Это одержимость.

Дрожь пробегает у меня по спине.

— Одержимость? Да ты сумасшедший! — я пытаюсь оттолкнуть его, но мои движения медленные, неуверенные.

— Я сумасшедший? Нет, Лейла… это ты сводишь меня с ума.

Его голос — шепот, царапающий кожу. Он подходит ближе, шаг за шагом. Воздух между нами вибрирует от электрического напряжения.

— Ты ненормальный! — бормочу я.

— Я здесь не для того, чтобы быть нормальным. Я здесь ради тебя.

Каждое слово — вызов. Мой разум кричит, что нужно сопротивляться, но тело реагирует совсем иначе. Страх и желание сливаются воедино, пока не становятся неразличимы.

— Ты хочешь контролировать меня! — восклицаю я.

— Нет, Лейла. Я хочу, чтобы ты увидела. Хочу, чтобы ты поняла: всё совсем не так, как ты думаешь.

Мне нечем дышать. Его взгляд пригвоздил меня к месту. Он останавливается в полувздохе от меня. Я чувствую запах его лосьона после бритья, тепло его дыхания.

— Я не могу… — говорю я, но голос меня предает.

— Можешь. И ты этого хочешь.

Тело сдается раньше разума. Я опускаюсь на диван, не отрывая глаз от его глаз.

— Ты ведь тоже это чувствуешь, правда? — шепчет он. — Это влечение… ты не сможешь игнорировать его долго.

Он крепко берет меня за шею, прижимая к спинке дивана. Его глаза, полные власти и порока, не отпускают мои.

— Скажи, как сильно ты меня хочешь.

— Сильно.

— Насколько сильно, цветочек?

— С самой первой встречи, — признаюсь я.

— Разве так трудно было это признать? — тяжело дышит он.

Я не отвечаю. Я потеряла себя, или, возможно, наконец-то отыскала ту темную часть, которую всегда подавляла. Неидеальная жизнь, сотканная из лжи и запретных желаний.

— Бьюсь об заклад, ты уже промокла. Будь у нас больше времени, ты бы позволила трахнуть тебя как следует, — продолжает он.

— Нейтан, — предостерегаю я его.

— Ах да, точно… ведь в этой истории злодей — я, так что мне плевать, если через несколько минут придет мой брат, я все равно это сделаю, — говорит он затем.

Он перехватывает меня за шею и горячо, властно целует. Я чувствую, как его горячее дыхание обжигает мою кожу. Его тихие стоны заставляют трепетать мою душу. Он приспускает брюки и медленно входит в меня.

Он становится всё более агрессивным, его толчки делаются всё интенсивнее и жестче.

Эта битва больше не идет просто между ними двумя. Она идет внутри меня.

23

Сладкое предательство

Лейла

На следующее утро мир словно замер в нереальной, звенящей тишине.