Мысленно я репетирую свою речь, но получается лишь путаница. Я даже не уверена, зачем я здесь, и объяснение своего присутствия фразой «волшебный компас направил меня сюда» вряд ли поможет.

И затем ничего не происходит. Больше нет шагов или голосов. Никакого приветствия.

Я продолжаю ждать, и мне становится интересно, не покинула ли часть провидиц это место. Они так близко к моей деревне…

Слышится скрип и глухой звук, и вдруг появляется свет фонаря, рассеянный сквозь металлическую решетку с символами… а также человек в красном, от макушки головы до плеч.

Я вспоминаю об окне в потолке и королеве, которая не только отказалась видеть меня, но и отвергла роль воительницы, в которой нуждаемся все мы.

И вот я больше ни о чем не думаю, кроме как о фигуре по ту сторону. Это самое странное ощущение… это не кто-то, а нечто.

Когда ко мне не обращаются, я откашливаюсь.

— Я… э-э, я из деревни. Но я не была там, когда…

— Я знаю, кто ты. — Голос женский и, к удивлению, мелодичный, несмотря на ту мощь, что, кажется, исходит от её формы. — И я знаю о тебе всё.

Я сжимаю руки на краю деревянной скамейки и шепчу:

— Всё?

— Да. И ты желаешь получить совет о том, куда тебе идти. Я должна сказать тебе, что ты уже здесь. Ты там, где должна быть.

Раздражение заставляет меня ерзать.

— Ну да, предположим, я должна оказаться здесь именно в этот момент, чтобы получить совет. Но мне нужно знать, куда идти дальше…

— В свою деревню, ты только что там была. — Голос такой мягкий и гипнотический. — И твоё сердце разбито.

— Да. — Но давай уж, это не откровение. — И что мне нужно знать — что мне делать дальше…

— Оно будет разбито ещё больше.

Опуская голову, я сдерживаю желание закричать.

— Не представляю, как это возможно после того, что я увидела… всех тех людей, что были принесены в жертву ни за что…

— Не так они погибли.

Я смотрю на тонкую решетку экрана.

— Да, так и было. Я собственными глазами видела, что сделали с моей деревней ради очищения. Жителей резали в их домах, всё подожгли…

— Мы знаем. Мы слышали крики и чувствовали дым.

Ярость поднимается внутри меня, и я качаю головой.

— И вы ничего не сделали? Может, если бы вы вышли туда, вы могли бы остановить их. Вы, живущие здесь, в вашем маленьком уединенном храме, кто должны давать советы из какого-то священного источника, могли хотя бы раз сделать что-то действительно полезное!

Вставая на ноги, я отворачиваюсь.

— Это было пустой тратой времени…

— Если ты выйдешь за эту дверь, то не получишь то, за чем пришла.

— Я сама разберусь, куда идти дальше…

— Ты пришла за истиной, а не за указаниями.

Что-то в её тоне останавливает меня, и я оборачиваюсь. Горьким тоном отвечаю:

— Я знаю свою истину, мне нужен совет…

— Селяне были убиты не ради очищения.

Я поднимаю руки.

— Я видела символы, начертанные кровью невинных, повсюду среди руин того места, где жила всю жизнь. Не пытайся оспорить кровопролитие, которое я только что созерцала…

— А каким был тот символ?

То, что Провидица остаётся такой спокойной, ещё больше выводит меня из себя. То, что она задаёт такой глупый риторический вопрос, поднимает внутри меня гнев.

— Это соединение «S» и «P». Salvatore ute Protecficitrae, — огрызаюсь я. — На древнем языке — «Спасение» и «Защита». Теперь, если позволишь…

— У этого символа другое значение, — говорит Провидица ровным голосом. — И ты пришла сюда, чтобы узнать эту истину.

— Я знаю истину.

— Нет, не знаешь. Теперь сядь и получи то, что ищешь.

Девяносто Символ, который меняет всё

Медленно опускаясь обратно на скамейку, я снова слышу трель маленького колокольчика. Когда его мелодичный звон затихает, я сосредотачиваюсь на экране, словно мой взгляд может прожечь его тонкое плетение… чтобы я смогла в полной мере взглянуть на Провидицу, которая, как мне вдруг стало страшно, может обладать ответом, который я не хочу слышать.

— Что это значит? — выдыхаю я.

— S означает «Shadwe», а P — «Possesstrix». Овладевший Тенью.

— Я… не понимаю.

— Ты не хочешь понять. — Голова меняет положение, наклоняясь вниз. Затем вновь выпрямляется. — Это и есть символ.

К экрану подносят кусок пергамента, и сквозь решётку я вижу рисунок — тот самый символ, который я видела повсюду в своём селе. В поселении, где мы провели нашу первую ночь. S и P вместе в спирали.

— Тот, кто носит этот знак, был клеймён Темным Королём.

— Нет… — Но мой протест звучит слабо. — Как это возможно?