— Видел. Меня она тогда тоже заставила подпрыгнуть.

— Надо убираться отсюда, — бросил Рай. Выглядел он осунувшимся. Джеку пришла в голову мысль, что если Раю что-то и не давало уснуть, так это собственные тяжкие думы. Самого Джека они тоже изводили предостаточно.

— Твоя правда, — согласился Джек. — Мэри?

— Что?

Ее взгляд заставил задаться мысленным вопросом, ради чего на самом деле она ходила исследовать базу, вряд ли только в поисках чистых шмоток и душа. Но ответит ли она честно? Вряд ли. Джека распирало любопытство и по другому поводу.

— Кто учил тебя стрелять?

— Хм?

— Когда ты стреляла из моего пистолета, то оперла правое запястье на левую руку. Стойка стрелка. Где ты этому научилась?

— В «Грязном Гарри».

Рай закатил глаза.

— Боже правый. Ну и Ган в придачу.

— Взгляните-ка на это. — Джек приподнял руку. Его обрубок мизинца выглядел так, словно на заживление ушли годы, а не всего несколько дней.

— Это все капля сделала? — спросила Мэри.

— Да. Хотя моя рука внутрь не ушла, сколько бы я ни давил.

— И все равно — ого-го! Высший класс!

Джек уже собрался было признаться, что еще вспомнил кое-что, но передумал. В Срединном Мире есть поговорка: «Время закончит то, что начало, но когда — решит само».

Джек собрался довериться времени.

5

Не спросив разрешения, Рай возглавил поредевший конвой, двинувшийся на юго-запад в сторону Прорвы. Он, без сомнения, понимал, что это ставит его в незавидное положение первого, кто попадет в засаду, и без стрелка за пулеметом шансы выжить окажутся ничтожно малы, но какая-то мрачность предопределенность окутала этого крепкого мужчину со дня гибели Элис Стайнс. Мэри наотрез отказалась меняться машинами с Джеком, и с ее доводами трудно было спорить.

— Перед твоего грузовика изрядно разбит, и ты сам говоришь, что руль ведет вправо. Ни за что на свете не стану мучиться с этой развалюхой, сколько бы дней пути нам ни осталось. И к тому же… — Она похлопала по пыльному капоту «Лазаро». — Я уже привыкла к этому старичку. И кое-кто еще тоже привык. — Она указала пальцем на Ричарда, свернувшегося калачиком на пассажирском сиденье.

В автопарке базы оставалось полно других грузовиков, и все они были в куда лучшем состоянии, чем «Колдун», но как ухитрится и перетащить серую хреновину, которую Рай стал называть не иначе, как El Grande Plasum, Великий Плазум? К этому моменту она весила фунтов семьсот, а то и больше. К тому же у Джека закралось смутное подозрение (не интуиция, та по-прежнему молчала), что Великому Плазуму такая смена обстановки может статься не по нраву. И потому с неохотой, чувствуя себя скорее безвольным орудием, чем мастером, что это орудие использует, Джек уступил.

«Никудышный дин из меня вышел», — решил он.

6

Часы стояли, так что Джек понятия не имел, когда именно они наконец покинули Базу № 19, проехав мимо обгоревшего остова бензовоза и разбросанных ошметков тел Волков, но по положению солнца прикинул, что сейчас около девяти часов утра. Дорога больше не была Ривенской; покосившийся, покрытый пылью знак, который они миновали, гласил на английском «ГИЛЕДИ», что Джек принял за старинное написание слова «Гилеад». Глотая пыль из-под колес Рая (как Мэри, надо полагать, глотала его собственную), он задался вопросом: а не тот ли это Гиледи, таинственный мифический город, где когда-то, по слухам, жило и правило семейство Дискейнов? С тем же успехом можно гадать, есть ли горшок с золотом на конце радуги, решил он.

Около полудня по обе стороны от дороги замелькали зигзаги оврагов. Джек хорошо помнил их по своему первому путешествию. Рай коротко просигналил дважды, и все трое съехали на обочину. Рай указал рукой на овраг справа.

— Я так понимаю, это и есть всемирно известная Прорва?

— Нет. Будь мы рядом с Прорвой, ты бы это почувствовал.

— Я чувствую.

— Я тоже, — согласилась Мэри. — Какое-то легкое притяжение.

— Дальше почувствуете сильнее. А пока не мешало бы пообедать. Что у нас вкусненького, Рай?

— Когда заходит речь о вкусненьком, тебе ловить нечего. Перед выездом я сделал полдюжины попкинов с рыбой. Добавил специй, но в них, небось, уже и остроты никакой не осталось. Майонеза, само собой, нет.

— Фу, гадость, — поморщилась Мэри.

— Не привередничай, сеньорита. Если уж мы ввязались в это дело, давайте доведем его до конца. А это значит — надо шевелиться. Какие-то проблемы, мой дин?

Джек предпочел проигнорировать его сарказм.

— Нет. Но впереди нас ждет еще один мост. Миссис Тэлбот — мой «Бинни Динг» — называла его Мостом № 775.

— О господи, — выдохнул Рай. — Еще один повтор.

— Этот мост довольно ветхий.

— Надеюсь, не такой, как предыдущий, — вставила Мэри.

— Не думаю, но я бы дорого дал за бортовой компьютер хоть в одном из этих грузовиков. Миссис Тэлбот не только шутки шутила, у нее были и другие таланты.