Джек отстоял первую смену на «Голди». Ощущение чужого взгляда оставалось отчетливым, но голоса из ящиков как-то странно убаюкивали. Несколько раз он слегка хлопал себя ладонью здоровой руки по лицу, чтобы не уснуть. Спустя два часа он спустился вниз и принялся будить Ларри, что оказалось делом непростым. Джек не отступал, поскольку сам уже валился с ног от усталости. Лихорадка, может, и ушла, но она — и потерянный мизинец — оставили после себя чувство опустошенности и полного изнеможения.

— Подъем, Волчок. Вставай, кофе стынет. Которого у нас, вообще-то, нет.

Ларри сел, протер глаза, а затем поднялся на ноги.

— Мне снилась Голди Хоун в бикини. Я бы не отказался посмотреть продолжение.

— Она вернется в следующей серии ровно через два коротких часа. Держи. — Джек снял с запястья свои «Таймекс» и протянул их Ларри. — После тебя дежурит Элис.

Ларри принялся разглядывать часы.

— Никогда таких не видел.

— Они цифровые. Даже погоду показывают, по крайней мере в Америке. Сможешь продержаться два часа и не уснуть, Ларри? Если нет, так и скажи, я сам отстою следующую смену.

Вот этого ему хотелось меньше всего на свете.

— Справлюсь. — Ларри все еще восхищался «Айронмэн Классик» Джека. Часы показывали время американской стороны в обоих мирах, что Джек всегда находил утешительным.

Он проследил, как Ларри взобрался в кузов «Голди» и уселся за пулемет. Джек лег рядом с Мэри, которая вовсю храпела. Ричард бодрствовал и в упор разглядывал Джека.

— Надо бы тебя в караул ставить, — пробормотал Джек. В каком-то смысле так оно в итоге и вышло. Он уснул.

5

Во сне они с Ричардом Слоутом десятилетними пацанами смотрели «Каплю» в комнате для игр дома у Слоутов. Вот только телевизор больше не был маленькой настольной моделью с рожками антенны. Вместо него была та самая Дверь в саду Большого Кахуны, открытая настежь. Джек и Ричард смотрели «Каплю» по Дверь-ТВ. Шел как раз тот эпизод фильма, где капля выползает из окошка будки киномеханика на головы подростков на задних рядах — на красноголовое отребье. Вот только она одновременно выползала и из дверного проема прямо в комнату. Кроваво-красная, она прыгала, ползла, скользила и катилась по полу.

«Я этого не вижу», — заявил Ричард, и в этом был Рациональный Ричард во всей своей красе — Рациональный Ричард, отказывающийся верить в Долины, даже когда от этого неверия его начинало тошнить.

«Она идет, Ричард! — кричал Джек. Кричал во сне. — Проснись, проснись!»

Но Ричард был против. Упрямо зажмурив глаза, он протянул руку и ущипнул Джека за больную кисть. «Это ТЕБЕ нужно проснуться, Джек», — сказал он и ущипнул сильнее, и голос его превратился в голоса тварей, наводнивших кампус Тэйера. Они ревели: «Про-снись, ПРО-снись, ПРО-СНИСЬ, Джек!» И, о боже, как же это было больно, больно, потому что…

6

Это и правда был Ричард, но только не Ричард Слоут. Ричард-путаник. Он прикусывал Джека за больную руку.

— Какого…

Едва проснувшись, Джек вяло отмахнулся рукой от путаника, и Ричард с легкостью увернулся. Джек огляделся по сторонам и увидел, что лагерь наводнили десятки медленных мутантов. Они плотным кольцом окружили грузовики, последние затухающие угли костра и людей из отряда. Рай, Мэри и Элис спали без задних ног. Ларри тоже спал. Он развалился прямо за пулеметом в кузове «Голди», уронил подбородок на грудь и вовсю похрапывал. Над ним стояла медленная мутантка в рваном и выцветшем джинсовом платье шахтерской жены, остатки ее блондинистых волос патлами свисали на спину.

Мутанты снова напомнили Джеку зомби из фильма ужасов. Но они не нападали, а всего лишь стояли на месте все с тем же выражением пустого вожделения на лицах. Пока один не наклонился над Мэри, протягивая покрытую язвами руку. Ричард издал утробный рык, и медленный мутант в джаге и остатках шахтерского комбеза поспешно отдернул руку назад. Другой мутант склонился над Элис. Третий — помоложе, с глазами, провисшими до щек, — тянулся к Раю.

Джек выхватил пистолет, не обращая внимания на боль, вспыхнувшую в обрубке мизинца. Он выстрелил дважды: один раз в воздух, а второй — точно в лоб мутанту, который тянулся к Мэри. Голова медленного мутанта разлетелась в клочья фонтаном мозгов.

Остальные вскочили со своих мест, увидели окружавших их тварей, и ночную тьму разорвали всполохи выстрелов. Несколько медленных мутантов повалились на землю, один рухнул прямо в костер, взметнув тучу искр. Остальные нападать не стали. Но и не побежали. Только начали пятиться, медленно, но уверенно. Все, кроме бабы, взобравшейся на крышу «Голди» к Ларри. Она наклонилась, широко разинула рот с оплывшим подбородком и накрыла его рот — всю нижнюю часть его лица — своим собственным. Мэри визжала, Рай и Элис что-то орали, Ричард рычал, но Джек сквозь весь этот шум отчетливо расслышал этот засасывающий звук — медленная мутантка выпивала дыхание Ларри.

Затем раздался двойной хлопок, и середина тела мутантки взорвалась со спины, запачкав ошметками борт «Голди». Части ее располовиненного тела повалились с броневика вниз. Утирая рот одной рукой, а во второй все еще сжимая звуковой пистолет, с лицом, сведенным крайним отвращением, Ларри тяжело повалился на сиденье у станкового пулемета… или как там эта хреновина именовалась у «Позитроники».

— Я в порядке, — пропыхтел он. — Я в поря…