Бейверская дорога углубилась в густой лес, подступающий к самом колеям. Развернуть солнечные панели не было никакой возможности. К полудню они уже ехали с включенными фарами, поскольку солнце полностью скрылось за плотным навесом листвы над головой. Деревья представляли собой причудливые гибриды, похожие на помесь каппа-каппы и баньянов. Они простирали свои костлявые лапы над дорогой и переплетались ветвями. Элис, оказавшаяся способной ученицей, вела головной грузовик, а Ларри сидел наверху, снова повязав рубаху вокруг головы, и караулил у главного пятидесятого калибра. Ручной пулемет тоже был под рукой, а у ног лежала пусковая установка «Драконьего огня».

«Вышли как на медведя, — подумал Джек, — да и любого, кто таится в этой чащобе».

Когда они остановились на короткий обед из попкинов со свининой и холодной фасоли, Ларри обратился к Джеку:

— Ты ведь зовешь свой грузовик «Колдуном», да?

— Именно так.

— А грузовик Мэри — «Лазаро»?

— Да.

— А я назову свой старый добрый броневик «Голди». Потому что был по уши влюблен в Голди Хоун. Видел ее в фильме «Шампунь» с Уорреном Битти. Сначала подумывал назвать машину «Шампунем», но решил, что звучит глупо.

— А почему бы не назвать его «Глупцом»? — хмыкнул Рай. — Отличное имя для твоего грузовика, Ларри.

Ларри не обиделся — лишь покатился со смеху, тыча в него пальцем:

— Секу фишку.

— Рад за тебя. — Рай повернулся к Джеку. — Сундуки болтают все громче. Мой утверждает, будто Гамбино сидит в тюрьме и у него рак, что есть полная брехня. Чарли-бой был в полном порядке, когда я уезжал.

— Свежо предание, — ответил ему Джек. — Он действительно умер. Сердечный приступ.

— Так? Ты правду говоришь?

— Да.

Рай обдумал эту новость.

— Ну и хрень.

Ларри спросил:

— А ты как назовешь свой грузовик, Рай?

Джек ожидал очередного колкого ответа, но его не последовало.

— Если уж обязательно давать имя, то, пожалуй, «Франческа» подойдет ничуть не хуже других. Была одна девчонка, по которой я с ума сходил в старших классах. Она, небось, даже не подозревала о моем существовании.

— Хорошее имя, — согласился Джек.

Они умолкли, прислушиваясь к голосам, доносившимся из «Колдуна» и «Лазаро».

— Поверить не могу, что Джорджа больше нет, — произнесла наконец Мэри.

— Ага, — подхватил Ларри. — Простите, что я тут только что ржал. Сам не знаю, что со мной такое. Может, тебе стоит пристрелить меня, Рай?

— Не стану тратить пулю. К тому же, будь здесь Пэй, он бы сейчас смешил всех как сумасшедший.

Рай понизил голос:

— Дело не только в голосах из сундуков, мои старые добрые мальчики и девочки. За нами все еще следят. Кто бы они ни были.

— Поехали, — бросил Джек, поднимаясь на ноги. — Чем скорее мы выберемся из леса, тем лучше.

Но в тот день они так и не выбрались. Когда опустилась преждевременная тьма, лесные дебри стали еще гуще. Если вспомнить, насколько засушлив край вдоль Старой Гилеадской дороги — которая с точки зрения географии не могла проходить очень уж далеко отсюда, — Джек готов был почти поверить, будто они провалились в какую-то альтернативную реальность и с минуты на минуту им навстречу выйдут хоббиты, орки и шагающие деревья. Джек рассудил, что здесь должно быть прохладно, но прохладой и не пахло. Казалось, лихорадка, которую сбрасывали с себя уцелевшие члены ка-тета, заразила эти странные, перекрученные деревья, и они теперь пыхали на них ответным жаром. Кондиционеры могли немного охладить кузов «Лазаро», но сундук в «Колдуне» они почти не остужали. Впрочем, сундуком это было раньше. Теперь оно превратилось в бесформенную серую массу, выпирающую над верхним краем открытого ящика, словно хлебное тесто, в которое бухнули двойную порцию дрожжей. Голоса — в этом сходились они все — утихли до состояния ровного, монотонного и навязчивого гула. Для Джека голос из «Колдуна» превратился в подобие белого шума.

«Потому что ты сам не желаешь меня слушать», — шептал голос в самых глубинах его разума.

У Рая нашлась в заначке банка солонины с картошкой, и это стало их ужином на седьмую ночь. Крошечные черные мошки кружили в воздухе, не садясь и не кусая, привлеченные, судя по всему, пламенем костра. Из леса с обеих сторон доносился хриплый, квакающий хор. Джек предположил, что это жабы Долин. Лихорадка у него прошла, остальные чувствовали себя так же, но ощущение чужого взгляда никуда не делось. Джек установил очередность дежурств, предложив каждому отстоять свою вахту в карауле наверху, в кузовах броневиков.

— По два часа на каждого, — распорядился Джек. — Мы все вымотались, и нам нужно выспаться, насколько возможно, но с этим лесом что-то не так.

4