Гейтерс одарил Теллфорда той особенной улыбкой, которую представители закона приберегают для гражданских лиц, упорно сующих свой нос не в свое дело — одновременно вежливой, раздраженной и снисходительной.

— Они отчаянно пытались спрятаться.

— Вы хотите сказать, что отчаяние заставило их уменьшиться в размерах?

Один из экспертов-криминалистов подавил улыбку, что подтолкнуло Тома указать на очевидное следствие из этого сомнительного умозаключения.

— Даже если они втроем действительно забрались туда… каким-то образом… куда они делись потом? Их ищет весь штат. И если они убили шерифа Гилбертсона, то где его тело?

— Отличные вопросы, — сказал Гейтерс. — У вас разве нет сорняков, нуждающихся в прополке, или коров, которых нужно подоить, мистер Теллфорд?

3

В тот же день после полудня, когда Гейтерс со своей бандой сделали кучу фотографий и гипсовых слепков следов ног и укатили по своим делам, Том и Дики Бой вернулись на те пятьдесят акров неосвоенной земли, где они нашли пещеру. Жена уже наверняка сготовила ужин, и станет пилить за опоздание, чего Том терпеть не мог, но его почему-то непреодолимо тянуло назад, к тому месту. Том оправдывал себя тем, что недавнее нашествие легавых и репортеров должно было оставить после себя кучу мусора, так что не помешало бы прибраться в округе, а заодно еще раз взглянуть на эту пещерку. ДБ тоже вроде как рвался туда, хотя то и дело тревожно поскуливал, что на него совсем не походило. Обычно пес либо молчал, либо заливался лаем, предупреждая о чужаках.

Том проигнорировал желтую ленту с надписью «ПРОХОД ЗАКРЫТ», оставленную полицией (кое-где вокруг пещерки она отвязалась и хлопала на ветру). Вот и маленькая нора, теперь отлично видимая, после того как Гейтерс и остальные переломали все кусты, маскировавшие вход. Стоит отдать им должное — убирать за собой они умели. Из всего мусора он нашел только одну синюю нитриловую перчатку. Нагнулся, чтобы подобрать ее, и в этот момент ощущение, что его затягивает, резко усилилось.

Том Теллфорд родился и вырос в Небраске, ни разу в жизни не бывал ни на одном из океанов, но видел в вечерних новостях сюжеты о пловцах, которых подхватывало «тягуном», мощным отбойным течением, безжалостно уносило от берега и топило. И тут что-то похожее. ДБ тоже это почувствовал. Его более-менее постоянное поскуливание переросло в яростный лай: «Внимание! Чужак!».

Том увидел, как кусты склонились к пещерке, словно при сильном ветре, но вокруг стоял лишь легкий бриз. Дики Бой припал к земле, широко расставив передние лапы, будто сопротивляясь этому ветру, который вовсе не был ветром, а все той же тягой, что Том ощущал раньше, только на этот раз гораздо, гораздо более мощной. Раздался стонущий звук, словно землю растягивало или разрывало на части.

Перчатка, оброненная кем-то из криминалистов, выскользнула из руки Тома, и ее засосало в пещерку. Которая больше не была пещеркой. Теперь это была огромная, ухмыляющаяся пасть тьмы в склоне холма. Внутри, там, где раньше виднелись зигзагообразные трещины, теперь различался ослепительный яркий свет.

«Я смотрю на другой мир», — подумал Том, и эта мысль казалась одновременно настолько катастрофически глупой и настолько убедительной, что он зажмурился и для верности зажал глаза ладонями. Он слышал, как кричит, но крик доносился словно издалека:

— Держись, Дики! Держись!

Тяга внезапно ослабла, а затем и вовсе сошла на нет. ДБ перестал лаять. Том убрал руки и открыл глаза. Пещера снова превратилась в пещерку. Кусты, которые следователи не успели втоптать в землю, едва колыхались. Том подумал: «Мне все это померещилось». И был почти готов в это поверить, если бы не одно «но».

Синяя нитриловая перчатка исчезла.

Том подумал не встать ли на четвереньки и проверить, вдруг она лежит на полу маленькой пещеры, но дальше мыслей дело не пошло. Он скомандовал ДБ идти за ним, и они направились к дому, ужинать. Том не хотел приближаться к этой пещере. Этой щели. Чем бы она там ни была.

Никогда больше.

4

Давайте останемся в Небраске, но перенесемся на несколько дней вперед. В своем амбаре Том Теллфорд укладывает тюки с сеном. Внезапно он снова чувствует прилив той самой тяги. Он оглядывается в поисках Дики Боя, который обычно крутится рядом. Пса нет, и Том этому не удивляется. Он идет на поводу у этой тяги к пещерке, где ДБ сидит и смотрит в нору, такую же маленькую и темную, как и всегда.

Вот только от нее ведут следы автомобильных шин. Что, учитывая размеры пещеры, попросту невозможно.

— Я этого не вижу, — говорит Том. — Я отказываюсь это видеть. Если я это увижу, то могу снова начать пить, так что я этого не вижу.

Тяга ослабевает, а затем исчезает. ДБ поднимается с коротким, удовлетворенным гавком. Человек и пес возвращаются в амбар, к тюкам сена, к повседневным делам. Том снова твердит себе, что не видел тех следов.