Джек не успел еще заглянуть так далеко вперед. Но теперь попытался. В Дези имелось совсем немного стволов, и большая их часть была намертво заперта в Роузвуд-Холле Эдварда Янгблада, да к тому же большинство — как и револьвер Аарона Дестри — были старыми и ненадежными. Куда больше оружия хранится в арсеналах СЦП, но те запечатаны. По крайней мере, были раньше.

Красноголовая банда могла бы вообще обойти Дези стороной — на юге и севере добыча была куда богаче, — но Джек нутром чуял, что они туда заглянут. Эдвард Янгблад оставался единственным сильным правителем на всей Дуге Залива с тех пор, как Уоррок, губернатор Северных баронств, якобы скончался от сердечного приступа (хотя кое-кто, включая Райала Коннорса, подозревал отравление). Заявиться в Дези, пустить Янгблада в расход и тем самым уничтожить любое организованное сопротивление их бесчинствам — в этом прослеживался определенный смысл.

Вот только у этого красноголового отребья со смыслом как раз явные нелады. Да и обычный грабеж их, судя по всему, мало волновал; больше всего на свете они обожали жечь, крушить и взрывать все вокруг из своих футуристических пушек. Они походили скорее на стаю перелетных птиц, чем на регулярную армию с четкой целью. Так почему же именно Дези, а не другие мелкие городишки?

Обычная интуиция.

— Джек? О чем ты задумался?

— О том, что мне кровь из носу нужно вернуться в Пернил. Если контора констебля еще цела. Она стоит?

— Да. А зачем?

— Мне нужно забрать колу и книгу. Дестри припрятал их для меня. Я раздобыл это добро для Янгблада. Раз уж мы держим путь назад в Дези, я обязан доставить груз. Чтобы улестить его, задобрить. — Если Большой Кахуна вообще еще там. — Ты останешься здесь, с Ричардом.

Он поднялся на ноги. Мэри аккуратно взяла Ричарда, пересадила его в сторону (тот лишь сонно замигал глазками) и тоже встала во весь рост:

— Ага, разбежался, черта с два я останусь. Теперь я от тебя ни на шаг не отступлю.

— Спорить с тобой имеет смысл?

— Ни малейшего.

3

Они вернулись к руинам Пернила на «Бинни Динге». Джек рулил, Мэри сидела на пассажирском, а Ричард устроился у нее на коленях точно маленький император, с живейшим интересом поглядывая по сторонам.

«Три долбанных мушкетера», — подумал Джек.

Бо́льшую часть года в этих краях стояла сушь, так что тысячи галлонов воды из рухнувшей башни уже благополучно впитались в почву. И все же грунтовые участки главной улицы до сих пор тонули в грязи — особенно там, где тяжелая техника красноголовых оставила глубокие колеи. Миссис Т. шумно шлепала по лужам. Джек притормозил у конторы констебля. Взрыв начисто снес один из углов постройки, но, в отличие от большинства городских домов, это здание сложили из твердого, как камень, самана, а не из дерева. Джек рассудил, что только поэтому оно и устояло.

Он ожидал, что «Кока-колу» давно утащили, и не ошибся — коробки и след простыл. А вот роман «Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?» валялся в углу под нарами в той камере, где Мэри не сидела. И пусть обложка слегка испачкалась, в остальном книга была в полном порядке. По крайней мере, ее не обмочили и не пустили на туалетную бумагу. Когда он уже направился к выходу, Мэри ухватила его за предплечье:

— Проверь шкаф.

Джек указал на дверцу, которая сиротливо болталась на одной верхней петле:

— Бестолку. Они выгребли отсюда все, что представляло хоть какую-то ценность.

— Верхняя полка. В самой глубине, у задней стенки.

Исключительно ради ее спокойствия он привстал на цыпочки и принялся шарить в темноте наугад, мысленно молясь, чтобы его не цапнула какая-нибудь крыса. Пальцы наткнулись на что-то плотное. Он выудил находку наружу. Это оказался тот самый походный мешок, который на американской стороне прикидывался термосумкой «Йети», и внутри отчетливо звякнуло стекло. Он заглянул внутрь и обнаружил бутылки «Коа-Коа Ори Тэй», они же — кола. Джек посмотрел на Мэри и широко ухмыльнулся. Она улыбнулась в ответ.

— Я же говорила тебе, Джек: в здешних краях моя сила куда мощнее.

Снаружи, с дощатого тротуара, донесся заливистый, высокий лай Ричарда. Этот звук явно означал: «Живее сюда, гляньте, что покажу!» Сжимая в руках сумку и книгу, Джек выхватил пистолет и поспешил вслед за Мэри наружу — проверить, что так сильно растревожило путаника.

Ричард застыл на задних лапах прямо посреди грязной улицы, высоко вытянув шею и глядя вверх. А прямо перед ним, низко опустив голову — так, что их носы едва не соприкасались, — стоял старый знакомый Джека.

— Золотой Мальчик! — воскликнул Джек. — Чтоб мне провалиться!

Если он вообще и вспоминал за это время про статного паломино — а вспоминал он, к своему стыду, нечасто, — то был уверен, что конь до сих пор торчит в Ривене… ну или мертв, если красноголовые отморозки устроили там резню. Он даже допускал мысль, что бедняга мог превратиться в коня-вампира, если подобные чудеса вообще возможны. И все же конь стоял перед ним — тощий, ребра наружу, но (как выражаются в этой части мира) реальный как розы.