Джек промолчал.

— Даже не думай, что я стану извиняться за то, что бахнул тебя током.

— Мне бы и в голову не пришло. Парни вроде тебя — копы вроде тебя — никогда не извиняются.

Стингли проверил, плотно ли закрыта дверь, а затем выхватил свой электрошокер и наставил его прямо Джеку в грудь. В упор.

— Хочешь еще разряду, болтун?

— Это остановит мои часы окончательно. Ты действительно хочешь присесть в тюрьму штата Небраска за мое убийство?

Стингли ухмыльнулся и убрал шокер в кобуру.

— Ты материализовался в крузере Гилбертсона.

Джек промолчал.

— Так где сам Гилбертсон, красавчик?

— На что вы рассчитываете, офицер Стингли? На повышение? Что-то я не вижу его в вашем будущем.

Стингли подцепил бумажную тарелку с горкой желе.

— А как насчет получить вот этим в харю, умник?

Джека утомил этот придурок.

— Либо делай, либо уматывай из моей палаты.

На долю секунды Джек действительно поверил, что сейчас на его лице окажется желе, но Жало все же поставил тарелку обратно и вышел, напоследок одарив его испепеляющим взглядом, который — выражаясь словами старой песенки, что когда-то напевал Спиди Паркер, — Джека мало колыхал. Джек воспользовался несколькими благословенными мгновениями тишины, чтобы еще раз взглянуть на желе (такое огромное и такое оранжевое), а затем в палату зашел доктор Эд — и на его лице снова сияла эта маска учителя младших классов из серии «о, сколько нам открытий чудных». Сердце у доктора на месте, и он все-таки позволил Джеку сделать тот звонок (пусть и по наущению хорошенькой медсестры), но от всего этого позитива можно нешуточно устать.

— Готовы к еще парочке анализов завтра?

— А как же сегодняшние?

— Все еще в обработке, — ответил доктор.

Он произнес это с озадаченной улыбкой и слегка склоненной набок головой. Подобные скрытые маркеры Джек за долгие годы работы детективом научился считывать мгновенно. «Ты посмотрел на снимок МРТ и сказал себе: „Этот человек должен быть мертв“». И если он не выберется отсюда и не вернется в Срединный Мир, он действительно умрет, а те двое безумных подростков сделают все, что им вздумается, со своим новым убойным оружием.

Ну и Прорва, конечно же, исполнит все, что велит ей ее слепая воля. Если только ее не остановить.

— Не знаю, в курсе ли вы, мистер Сойер…

— Бьюсь об заклад, я могу угадать, — перебил Джек. — Что-то связанное с моим сердцем?

— Левый желудочек практически полностью разрушен — судя по всему, пулей, — и тем не менее ваше сердце продолжает биться.

— Пока что.

— Да, пока что. — Доктор Эд подбадривающе улыбнулся. — Как только придут все результаты анализов, я введу вас в курс дела. Потерпите немного. Я знаю, что все эти осмотры и тыканья датчиками утомляют, но, возможно, мы найдем для вас решение, мистер Сойер.

Только Долины могут меня исцелить, доктор Эд.

Что до завтрашнего дня, он искренне надеялся, что его уже не будет в этой больнице. Да и в Небраске в целом. Потому что если он задержится в Штате кукурузников, то окажется прямиком на прозекторском столе.

6

Для человека, привыкшего жить в одиночестве (он сделал такой выбор после того, как не стало Софи), Джек чувствовал себя в эпицентре изматывающего парада посетителей; казалось, едва один выходил за дверь, как тут же входил следующий.