Хэндлер одарил Джека сложным взглядом: благодушное раздражение, за которым скрывалось раздражение самое что ни на есть настоящее.

— Ну вот, опять ты за свое, как говаривал Ронни Рейган. Спрашиваешь вместо того, чтобы отвечать. Я хочу знать, кто ты такой…

— Вы прекрасно знаете, кто я…

— …откуда ты взялся и какое отношение имеешь к Киннестону и Спекхоффер. А больше всего я хочу знать, как ты испарился из моей комнаты для допросов и материализовался в крузере своего друга Дейла Гилбертсона.

— Я служу закону, точно так же, как и вы. Или служил. И если вы навели справки, то знаете, что Дейл — один из моих самых старых и преданных друзей. Вам нужны ответы? У меня есть предложение. Позвольте мне поговорить с женой Дейла…

— Исключено.

— …и с его сыном Дэвидом, если он где-то здесь. И тогда я выложу вам все. Вы ни слову не поверите, но это уже будут ваши проблемы.

— Какой именно слог в слове «исключено» тебе непонятен, мистер Сойер?

— Но…

— До тебя, похоже, никак не дойдет, что мы здесь не торгуемся. Рой Киннестон и эта сучка Спекхоффер убили женщину в моем городе и угнали ее машину. Бросили пикап, принадлежавший другой жертве убийства. Похитили шерифа соседнего округа. Они нужны мне. Я не собираюсь выдавать тебе значок помощника шерифа, как Джоэлу Маккри в каком-нибудь старом фильме твоей мамаши. И ты будешь торчать здесь ровно столько, сколько, по моему мнению, сможешь приносить пользу в их поимке. Наручниками к койке я тебя приковывать не стану, и твою нечитаемую книжку тебе вернут, так что цени мою доброту.

— Господи, мужик! Да не я же здесь злодей! — закрепленный на стене кардиомонитор жалобно звякнул: пульс Джека подскочил до 130 ударов.

— Я и не считаю тебя злодеем. Но ты утаиваешь информацию, потому что хочешь вести это дело в одиночку. Повторяю еще раз, для протокола: этому не бывать.

— Сара Гилбертсон вообще знает, что я здесь? — Джек прочитал ответ на лице Хэндлера. — Ну конечно же, нет.

Хэндлер поднялся и наставил палец на Джека. Тот почти ожидал, что коп сейчас выдаст в духе Пэя Орвилла: «Сечешь фишку?» Вместо этого детектив бросил:

— Продолжение следует. — Уже у самой двери он добавил: — У тебя есть ночь. Поразмысли об этом.

Джек понадеялся, что охватившая его тревога не отразилась на лице, но монитор выдал его с потрохами: пульс подскочил уже до 137.

— Мне тоже нужна ночь, чтобы все обдумать, — подытожил Хэндлер. — Заодно дам экспертам-криминалистам еще немного времени.

— Хэндлер, если я останусь здесь, я смертельно заболею! Мне нужно остановить этих мелких ублюдков, пока они не натворили еще больше бед!

— Ты — загадка, обернутая в тайну и помещенная внутрь головоломки, мистер Сойер. Это Уинстон Черчилль сказал, но к тебе подходит идеально. Тютелька в тютельку.

— Позвоните Саре Гилбертсон. Пожалуйста!

— Думаю, утром ты будешь более сговорчивым. Если так, мы сможем обсудить возможность связаться с миссис Гилбертсон. — Хэндлер коротко козырнул Джеку одним пальцем — одновременно с сарказмом и уважением. — Можешь рассказывать кому угодно про этот игрушечный пистолет. Посмотрим, поверит ли тебе хоть кто-то.

— Моя мать никогда не снималась с Джоэлом Маккри.

— Буду знать.

Хэндлер вышел.

5

Прошел час. Джек немного подремал. Затем снова раздался тот самый короткий, чисто докторский стук. Дверь распахнулась, и в палату вошел доктор Эд с пластиковым чемоданчиком в руках. Его сопровождала медсестра с бумагами, прикрепленными на планшет. Оба в белых защитных комбинезонах из тайвека. Медсестра прикрыла за собой дверь, но Джек успел заметить в коридоре копа, сидящего на раскладном стуле. Не Кормье и не тот амбал, что огрел его шокером. Джек не знал, сколько именно патрульных числится в штате полиции Тейлор-Сити, но очевидно, что ради него они задействовали все резервы.

— И снова привет, — поздоровался доктор Эд и щелкнул замками чемоданчика.

Тот очень походил на ланчбокс, с которым Джек в детстве ходил в начальную школу в Голливуде. Стоило об этом подумать, как память услужливо подсказала: то был ланчбокс с символикой фильма «Близкие контакты третьей степени», где летающие тарелки пикировали на вереницу будок для оплаты проезда. Может, и совпадение, но он в такие вещи давно не верил. Еще одно чертово эхо реальности, вот что это такое. Доктор Эд извлек из пластикового нутра прибор, напоминающий телевизионный пульт.

— Это счетчик Гейгера?

— Да, но не дедушкина модель. Последний писк технологий. Монитор радиации и изотопов. Одолжил на кафедре геологии в местном колледже.