На кухне раздались шаги.

— Юный господин, почему вы не спите? — вслед за шагами раздался голос Ирвина.

Дорогие читатели, приглашаю вас в МОЮ НОВИНКУ

СКАНДАЛЬНАЯ ИСТИННОСТЬ ГЕНЕРАЛА-ДРАКОНА 16+

ОДНОТОМНИК

Дракон решил проверить, могу ли я быть его истинной, и забрал меня прямо со свадьбы. Теперь моя репутация испорчена! Для него я — одна из сотен женщин, с которыми драконы проверяют истинность, а для меня он теперь враг номер один.

Он разрушил мою свадьбу, а я сломаю ему жизнь. Мы должны жить вместе три дня, и эти дни станут худшими в его жизни!

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Глава 18

Александра

— Я… — голос Рея на миг стал растерянным, словно он лихорадочно искал оправдание. — Я хотел попить теплого чая. Чтобы лучше спалось.

Более уверенно добавил он, и я по голосу уловила, как он выпрямился, пытаясь казаться убедительнее.

— Вы могли бы позвать меня, — ответил Ирвин, и в его голосе послышалась мягкая укоризна. — Я бы заварил вам.

— Я сам умею, Ирвин, — голос Рея прозвучал серьезнее. — Мы ведь с папой раньше всегда пили чай поздними вечерами. Но папы постоянно нет, так что я учусь обходиться без него.

Я не могла видеть ни дворецкого, ни Рея, поэтому судить о происходящем мне приходилось только по голосам. Но я отчетливо заметила: когда Ирвин оставался с мальчиком наедине, в его тоне появлялась совсем другая интонация. Не сухая официальность, а что-то теплое и заботливое…

— Господин, ваш отец сильно занят… — начал Ирвин, но Рей перебил его.

— Я это и так знаю, — фыркнул мальчик, и в его голосе послышалось раздражение, которое он даже не пытался скрыть.

— Ваша матушка…

— Нет! — Рей рявкнул так громко, что я чуть не дернулась, прижавшись спиной к теплой плите. — Я не хочу о ней говорить, Ирвин. Никогда не хочу. Она умерла.

Голос мальчика прозвучал резко, со злостью, которая была даже сильнее той, что я слышала от него, когда он сегодня сбежал с кухни. В этом «никогда» было столько боли, что у меня сжалось сердце.

На кухне повисла тишина.

— Мне очень жаль, — тихо сказал Ирвин, и в его голосе я услышала искреннее сожаление.

Несколько мгновений никто не произносил ни слова. Я затаила дыхание, боясь даже шелохнуться.

— Прости меня, Ирвин, — наконец произнес Рей, и его голос стал гораздо тише, спокойнее. В нем больше не было злости — только усталость. — Но я не хочу о ней говорить. Никогда. Пожалуйста…

— Я вас понимаю, — так же тихо ответил дворецкий. — Господин, если вдруг вам будет одиноко, вы всегда можете обратиться ко мне. В любое время дня и ночи.

— Я знаю… — голос мальчика дрогнул. — Спасибо…

На кухне снова повисла тишина. Я боялась дышать и чувствовала, как внутри все переворачивается от этой короткой, но такой болезненной сцены.

— Доброй вам ночи, — наконец нарушил молчание Ирвин. — Прошу вас, не сидите на кухне допоздна. Я велел кухарке приготовить вашу любимую кашу на завтрак.

— Да, хорошо… — голос Рея звучал отстраненно. — И тебе доброй ночи, Ирвин.

На кухне раздались шаги, но быстро затихли. Однако я слышала — дворецкий не ушел сразу. Он задержался на пороге, словно хотел сказать что-то еще.

— И пожалуйста, не используйте магию на гувернантках, — наконец добавил он. Значит… значит, Ирвин заметил, что мальчик колдовал над гувернанткой? — Вашему отцу это не нравится.

— Они все меняются, Ирвин, — сухо ответил мальчик, и в его голосе снова прозвучала та самая горькая усмешка. — Папа их даже не запоминает. И, как ты видишь, папы постоянно нет.

— Но он скоро вернется, и… ему могут не понравиться ваши шалости. В том числе и с леди Иланой.

— Ты уже говорил это сегодня, — с легким раздражением ответил Рей.

— Я говорил это много раз, господин, — голос Ирвина был ровным, но в нем чувствовалась усталая настойчивость. — Но очень надеюсь, что однажды вы меня услышите.

— Я слышу, — сказал Рей. — Доброй ночи, Ирвин.

— Доброй ночи, — повторил дворецкий.

Шаги раздались снова — на этот раз удаляющиеся.

Я выдохнула, но напряжение не отпускало.

Рей подошел ко мне, и наши взгляды встретились. Мальчик выглядел серьезным, его лицо казалось бледным даже в тусклом свете кухни. И кажется, его настроение совсем упало после разговора с дворецким.

— Пойдемте, я провожу вас до комнаты, — сухо сказал он, избегая моего взгляда.

— Спасибо, Рей, — ответила я, осторожно выбираясь из своего укрытия.

Разговор мальчика и дворецкого оставил у меня множество вопросов, но задавать их не имело смысла. Мальчик не желал открываться даже перед дворецким, которого явно знал много лет, а передо мной — тем более. По крайней мере, не сейчас.

Я снова убедилась в том, что Дамир постоянно отсутствует. Это было очевидно, и это явно сильно ранило мальчика. Но еще больше вопросов вызывала его мать. Почему он не хотел о ней говорить? Что могло так сильно его ранить?