— Ты убил ее жениха, Шеймус. Они придут за твоей кровью, сын.

Я качаю головой.

— Только если я не сумею им помешать.

Дыхание выравнивается, становится спокойным. Каждый преподанный им урок, каждый оставленный им шрам — я воспользуюсь всем.

Превращу их в броню.

Я знаю, что Зою держат в безопасном месте.

Молюсь, чтобы это было так.

Где-то поблизости. Я убеждаю себя, что рядом с ней, возможно, моя мать. Может быть, Бронвин. Две женщины с сердцами из железа и золота. Они защитят ее, пока меня нет, оградят от остальных.

Но я женился не на незнакомке. Не на случайной женщине, которую утащил с улицы.

Ее воспитал сам Рафаил Копылов. Она умеет выживать под обстрелом.

Ее выковали в огне.

И все же… я ненавижу это.

Ненавижу боль разлуки.

Я не чувствовал себя так уже много лет. С тех пор, как в последний раз совершил безрассудный, отчаянный поступок. Годами я полз обратно, пытаясь вернуть расположение отца. Восстанавливал разрушенный мост его доверия — один мучительный кирпич за другим.

И вот я снова здесь.

Его телефон издает сигнал, и он опускает взгляд на экран.

— Твоя мать говорит, что пора ужинать, — отрывисто произносит он.

В его глазах вспыхивает раздражение. Вероятно, не на меня, а на нее.

А может, на нас обоих.

Полагаю, она зовет его.

Я поднимаюсь, резко выдыхаю и киваю.

Безмолвная передышка.

Возможность вдохнуть.

Спасение.

Сегодня ужин рано. Обычно мы не едим в это время.

Что-то не так.

Я знаю, наш разговор далеко не окончен.

Но все равно воспользуюсь паузой.

— Я пойду.

— Ага, пойдешь. И будешь хорошо себя вести при матери.

Он бросает слова как приказ. Я останавливаюсь и поворачиваюсь к нему.

— Я больше не ребенок.

Впервые мы встречаемся как равные. Я смотрю на него сверху вниз и понимаю…

Он ниже, чем я помню.

Время что-то у него отняло. Он по-прежнему силен, все еще сложен как солдат, которым когда-то был. По-прежнему тренируется, поднимает тяжести и несет на плечах груз прошлого.

Но я вырос. Я в самом расцвете сил.

И он понимает, что теперь не сможет меня одолеть.

Я вижу это в его глазах — мимолетный проблеск чего-то похожего на страх.

— Папа, — тихо говорю я. — Пожалуйста. Доверься мне.

Его челюсть намертво сжимается, взгляд впивается в мой.

— Ты не оставил мне выбора.

— Знаю, — шепчу я, отпуская его запястье.

— Пойдем ужинать.

Я прохожу мимо него и переступаю порог. Чувствую спиной его тяжелый взгляд.

Но сейчас у меня другие приоритеты.

Мне нужно вернуться к Зое.

Я не позволю удару обрушиться.

Не сегодня.

Но сегодня пришло время позвонить Матвею Копылову.

ГЛАВА 22

ЗОЯ

— Ну и чудо же ты, — тепло говорит Кейтлин, кладет руку мне на плечо и быстро обнимает. — Неудивительно, что Шеймус так сильно тебя любит.

Ее слова застают меня врасплох.

Отзываются болью.

Я вспоминаю маму.

— Твоя мать научила тебя так готовить? — спрашивает Кейтлин, с восхищением глядя на остывающий на столешнице медовик.

Я качаю головой и отвожу взгляд.

— Нет. Ее уже давно нет. Я была совсем ребенком, когда она умерла.

— Ох, милая девочка, мне так жаль, — говорит Кейтлин.

Я медленно выдыхаю.

— Спасибо. Я научилась сама. У меня неплохо получается.

— Правда? — спрашивает она с улыбкой. — А я готовлю не очень хорошо. Росла в изоляции от мира. Может быть, когда-нибудь расскажу тебе об этом. Но не сейчас.

Она подмигивает.

— Мой сын любит поесть. Они все любят. Сегодня у нас небольшое торжество, — продолжает она с улыбкой. — Хотя как-то нехорошо просить невесту готовить! Надеюсь, Шеймус не рассердится. Ты любишь вино?

— Да, — с готовностью отвечаю я.

— Белое или красное?

— Любое.

— Все хорошо, малышка. Можешь выбрать.

— На самом деле мне нравятся оба, — признаюсь я.

Она тихо смеется.

— Хорошо. Моему сыну нужна покладистая женщина.

Я пожимаю плечами.

— Полагаю, главный может быть только один.

— Ох, я прекрасно знаю, как это бывает, — снова смеется она. — Давай договоримся: ты научишь меня готовить, а я, возможно, научу тебя выживать рядом с мужчиной Маккарти, ага?

Смеясь, я пожимаю ей руку.

— Договорились.

Мы начинаем собирать все необходимое для ужина, а она привычно и непринужденно руководит процессом. Ингредиенты простые, но свежие. Запеченная курица с чесноком и лимоном. Зеленая фасоль со сливочным маслом. Морковь в медовой глазури. Свежий хлеб, испеченный утром.

А на десерт — легкий, золотистый и ароматный медовик.

— Потрясающе, — говорит Кейтлин, наблюдая, как я смешиваю ингредиенты и перемещаюсь по кухне. — Шеймус еще отчитает меня за то, что я заставила тебя работать.