В лавку я пошла одна. Тимесса заверила меня, что и с трактиром справится, и с Диарой они найдут, чем заняться. А я, наслаждаясь редким одиночеством, неторопливо шагала по мостовой, минуя знакомые улочки, пока они не начали сменяться более широкими, чистыми, с фасадами, украшенными лепниной и коваными фонарями.

Восточный квартал действительно выглядел иначе. Здесь всё дышало деньгами. Дома были высокими, сплошь из камня.

Нужная лавка нашлась быстро. Хозяин — пухлый мужчина с блестящей лысиной и цепкими глазами, — увидев меня, сразу заискивающе улыбнулся и засуетился, предлагая лучшее.

— Отличный выбор, госпожа, — льстиво приговаривал он, упаковывая мои покупки. — Такие специи только у нас. Для настоящих ценителей.

Я расплатилась, внутренне охнув от выложенной суммы, и вышла на улицу. Внутри всё пело от предвкушения. Теперь я точно знала, что смогу сделать тот самый торт. И он будет идеальным!

Обратно я шла, наслаждаясь солнцем и ароматами дорогих кондитерских. Дорогая одежда, благоухающие цветы на клумбах, экипажи с гербами — этот мир казался таким красивым и… обманчиво безопасным.

На углу, у входа в явно дорогое заведение с золочёной вывеской, стояла шумная компания. Мужчины в дорогих камзолах, с тяжелыми перстнями на пальцах и расслабленными, нагловатыми улыбками.

Они смеялись, громко переговаривались, и даже на расстоянии от них разило дорогим вином и самодовольством.

Я невольно ускорила шаг, чтобы быстрее пройти мимо. Сразу узнала этот тип мужчин. Расслабленно-уверенные жесты, самодовольная манера держаться. Взгляды, оценивающие всё вокруг, включая женщин, как вещи.

Именно так выглядели гости барона на том злополучном обеде, а именно тот светловолосый виконт, за улыбку которому барон, муж Миринии, со мной потом…

Внутри всё стянуло в тугой узел страха. Заставила себя отбросить воспоминания.

И я уже почти прошла мимо них… но один из этой самодовольной пьяной компании хозяев жизни, заметил меня.

Высокий щёголь с холёным красивым лицом окинул меня всю оценивающим взглядом, и на его губах проявилась масляная улыбка.

— Ого, — протянул он громко, совершенно не стесняясь, что его все слышат, — а это у нас что за красотка? Гляньте, какая птичка залетела в наш квартал!

23. Защитник

Я похолодела от знакомых интонаций в пьяном голосе. Нет, сам голос был мне незнаком. Но вот эти опасные ноты во вроде бы невинной фразе…

Даже волосы на загривке мгновенно поднялись, сигнализируя, что нужно убираться отсюда как можно скорее. Я ускорила шаг, но тут же остановилась. Этот щёголь неожиданно быстро оказался прямо передо мной. И в его движениях не было той пьяной неуверенности, которую я ожидала.

— Не видел вас раньше, — развязно произнёс он. — Такая красавица, точно бы заметил. Как же муж отпустил одну? Или прекрасная незнакомка уже вдовушка? Это весьма кстати. Верно ведь? — повысил он глос и обернулся с последним вопросом к своим друзьям.

Его приятели тут же обернулись, окинули меня с ног до головы оценивающими взглядами пресыщенных ценителей. Кое-кто даже одобрительно прищелкнул языком.

— Я просто прохожу мимо, — ответила я как можно спокойнее, не поднимая глаз. — Меня ждут.

Сделала шаг в обход него, но он снова ловко перекрыл мне дорогу. Тут и другой, помоложе, с наглым прищуром и алым шарфом на шее, подошёл сбоку, подмигивая остальным.

— Да ладно, красотка, куда ты так спешишь? Можно и познакомиться с приятной компанией, — голос его сочился фальшивой любезностью. — Мы тут все уважаемые люди. Не обидим уж, если и ты ласкова будешь. Заблудилась? Мы и проводить можем… — его глаза пропутешествовали по моему телу и остановились на груди.

— Не надо, — отшатнулась я, чувствуя, как к горлу подступает знакомая, липкая волна неконтролируемого ужаса. — Я иду по делу.

Только не паниковать. Только не паниковать. Белый день на дворе. Не станут же они силой…

— Ой, какие мы деловые! — с заплетающимся языком хохотнул третий, толстый, с красным лицом и золотой цепью на шее. — Ну хоть посиди с нами, выпей вина. Чего ломаешься? Цену себе набиваешь?

Они уже обступили меня полукольцом. Хищники, загоняющие жертву. И я ничего не могла им противопоставить. Можно было бы закричать погромче или завизжать про пожар. Отвлечь внимание, а потом сбежать. Да только у меня как назло мозг точно парализовало, наравне с телом.

И связки жестким спазмом сжало. Я заметалась глазами, ища выход. Сама себе уже загнанную зверушку напоминала.

Попятилась от жадных мужских рук, но упёрлась спиной в стену. В ушах зашумело.

Где-то рядом, за их спинами, мелькали прохожие, но никто не останавливался, только равнодушно скользили опасливыми взглядами и ускоряли шаги. Похоже, никто и не собирался вмешиваться, даже если бы я позвала на помощь.

Это каким-то образом помогло собраться.

— Отойдите, — как можно твёрже произнесла я. — Мне не нужны знакомства.

Эти трое похабно рассмеялись, но двое других, потрезвее, попытались оттянуть своих приятелей в сторону.