Что же до остального скарба — те компоненты не требовали параноидальных условий хранения и мирно пылились в сокровищнице «Рассвета».

Спустя считанные минуты Бернадетт, пустив в ход сокрушительную мощь «Бледной смерти», безжалостно раздробила в пыль «Диадему Мудреца». Сноровисто смешав нужные ингредиенты, она выковала тот самый заветный эликсир, отворяющий врата ко второй Последовательности.

Смерив тяжелым взором густо булькающее варево «Мудреца», внутри каждого пузырька которого таился крошечный, прозрачный глаз, девушка с непреклонной, свинцовой суровостью на лице поднесла стеклянный флакон к губам.

Она кристально ясно осознавала: сейчас совершенно не время растекаться слезами и упиваться собственной скорбью. Лишь железобетонная воля и непоколебимая решимость могли проложить ей путь. В конце концов, дабы вырвать великого императора Рассела из лап леденящей скверны и подарить Ему подлинное воскрешение, ей кровь из носу требовался заоблачный статус и всесокрушающая мощь высших эшелонов.

И ради этого она была готова наглухо замуровать свою боль на самом дне души, не позволив ей ни на йоту пошатнуть рассудок. И лишь глубокой ночью, скрывшись от чужих глаз, она дозволит себе извлечь эти кровоточащие раны, чтобы испить чашу горечи в гордом одиночестве.

Едва зелье «Мудреца» обожгло горло, плоть Бернадетт начала стремительно, на глазах таять, наливаясь призрачной прозрачностью.

Её суть с оглушительным треском распадалась на мириады сложнейших, первобытных знаний, неумолимо перерождаясь в бушующий информационный водопад.

Вместе с ней и сам исполинский «Рассвет», и беснующийся вокруг шторм, ураганный ветер, разящие молнии вкупе с ревущими океанскими валами разом утратили малейшую осязаемость. Весь мир словно обнажил свою подлинную, фундаментальную информационную изнанку.

Для львиной доли магов третьей Последовательности из стези «Тайноведа» подобная метаморфоза несла в себе фатальную, гибельную угрозу. Дай слабину воле, отступись фортуна или окажись подготовка дырявой — и твой собственный информационный шторм в считанные секунды будет безжалостно растерзан, смыт и пожран внешней информационной какофонией. Бедолага мигом лишится рассудка, напрочь утратив шанс собрать плоть воедино, и переродится в одну из самых леденящих и зубодробительных бестий оккультного мира:

Фею знаний!

Или, как их еще величают, «Информационное создание».

Бернадетт, в свое время виртуозно оседлав мощь «Диадемы Мудреца», уже не раз обращалась в подобные потоки знаний. И пускай те фокусы длились от силы пару-тройку секунд, солидный багаж опыта у неё имелся. Ныне девушка титаническим усилием воли цеплялась за искру собственного рассудка, намертво связывая её с тем самым информационным следом в мире духов, что был выкован предотвращением заоблачной катастрофы.

Этот след нес на себе её несмываемое, железобетонное клеймо. А благодаря высочайшему калибру вмешательства он обладал поистине монолитной прочностью. Эта броня не позволяла внешнему хаосу сокрушить её в мгновение ока, даровав Бернадетт спасительный шанс стабилизировать сознание и по крупицам стянуть разбегающийся, тающий водопад собственной сути обратно.

Пока разворачивалась эта незримая битва, Клейн, вальяжно восседающий над серой мглой, выцепил взглядом пульсирующую точку её молитвы. Легонько постучав пальцами по краю изъеденного патиной длинного стола, юноша пустил в ход таланты «Чудотворца». Изящно подкрутив ползунки вероятности, он щедро отсыпал Бернадетт толику своей заоблачной фортуны.

Время неумолимо текло секунда за секундой. Девушка раз за разом балансировала на самом краю бездны, грозящей потерей контроля, однако стоически выдерживала удары. Наконец, благополучно собрав все осколки собственного «я» воедино, она приступила к воссозданию физической оболочки.

В этот самый миг сквозь пелену до неё стали пробиваться смутные, но теплые отголоски: жгучая тревога «Адмирала Звезд» Катлеи, искренние чаяния соратников из «Зари Стихий» и те самые рутинные, благоговейные молитвы её верных матросов и экипажа.

Эта эгида веры подействовала как спасительный якорь. Духовное состояние Бернадетт мгновенно налилось железобетонной стабильностью, позволивя играючи давить ту самую первобытную, чужеродную волю, что исподволь пыталась прорасти в её нутре.

Но именно в эту секунду из неоткуда ревущим потоком хлынула целая лавина сокрытых, леденящих душу знаний. Воспользовавшись уязвимостью перерождения, они хищно вцепились в девушку, отчаянно силясь слиться с её сутью.

То был вероломный удар самого «Скрытого Мудреца»!

Будучи живым воплощением всей информации мироздания и сущностью, чья мощь вплотную подбиралась к нулевой Последовательности на стезе «Тайноведа», этот мастодонт козырял властью наглухо подавлять и извращать рассудок любого мага своей ветки, чей ранг не дотягивал до божественного.