Рейна дарит этому ничтожеству успокаивающую улыбку, а затем снова переводит на меня гневный взгляд. Она должна улыбаться мне, а не этому придурку.

— Как мило, — процедила она сквозь зубы. — К сожалению…

— Какая-то проблема?

Лоуренсу, должно быть, жить надоело, раз он решил, что может перебивать Рейну.

Идиоту понадобилось пятнадцать секунд, чтобы оценить обстановку. Может, стоит добиться, чтобы у него отобрали жетон, а потом отрезать ему язык, до того как я его прикончу.

— Нет, — произносит Рейна одновременно с моим «Да».

Он моргает, выпячивая грудь, как будто я могу испугаться того, кто носит смарт-часы. Что еще забавнее, он не понял, кто я такой — иначе этот низший паладин не разговаривал бы со мной в таком тоне.

Хорошо. Все идет по моему плану. Он не побежит жаловаться Роланду или Шепарду на мое поведение.

— Проблема в тебе. Уходи, — Лоуренс смотрит на меня как на сумасшедшего. — Я не знаю, за кого ты себя принимаешь…

— Мистер Шоу, было очень приятно видеть вас сегодня вечером, — перебивает его Рейна, включая самый фальшивый и до тошноты приторный голос, какой я когда-либо слышал. — Если вы не против, я пришлю вам вопросы по заданию на электронную почту. —Я против. Очень даже против . — Нет нужды обсуждать учебу вне приемных часов.

— Задание? — подает голос Лоуренс.

Я игнорирую его.

— В этом нет нужды. Я здесь. Прогуляемся и поговорим.

Если бы взгляды могли убивать, я бы уже пал к ее ногам, прожженный насквозь.

— Как видишь, я занята, — она кивает на сухой, похожий на кирпич чизкейк, который они делят на двоих.

Делят .

Мои пальцы сжимаются в кулак.

— Я не спрашивал твоего мнения на этот счет.

В этой вселенной не существует варианта, при котором я позволил бы ей ужинать с кем-то, кроме меня. А тем более с Лоуренсом.

Он встает во весь рост.

— Послушай, если она не…

— Тебе никто не давал разрешения открывать рот, — отрезаю я. Его челюсть отвисает, и я полностью переключаю внимание на Рейну. — Кажется, тебе пора спать.

О, это уже перебор. Если раньше она была просто зла, то теперь она вярости .

— Как ты смеешь? В чем твоя проб…

Лоуренс поднимает руку.

— Тебе пора убираться отсюда, дружище.

Стул с визгом отлетает в сторону, когда я делаю шаг к нему, сокращая расстояние между нами до тридцати сантиметров.

— Перебей ее еще раз, парень. Смелее. А теперь окажи нам всем услугу и проваливай вместе со своим зловонным дыханием.

Рядом с Рейной я перестаю себя узнавать. Я никогда не вел себя настолько бесцеремонно на людях. И уж точно не с офицером полиции. Который, ко всему прочему, является аколитом, преданным дому моей невесты.

— Осторожнее, мистер Шоу, — шепчет Рейна у меня за спиной, достаточно громко, чтобы услышал только я. — Я не терплю оскорблений от своих преподавателей.

Я слышу, как фигура щелкает по доске, когда она заканчивает фразу.Шах и мат .

Она наклоняется ближе, в ее глазах пылает огонь, и в груди отдается тот же укол сожаления. Ее следующие слова звучат тихо, как колючая проволока:

— Пошел к черту, кусок дерьма. Все кончено.

Забыв о Бэтмене, я поворачиваюсь к ней, позволяя ее аромату окутать меня, и делаю то, о чем, возможно, пожалею. Нереально снова быть к ней так близко, что можно коснуться. Удовлетворение разливается внутри, когда она вздрагивает, едва я касаюсь губами ее ушной раковины.

— Мы с тобой, любовь моя? Между нами ничего не кончено. — Я отстраняюсь, борясь с желанием провести пальцами по ее приоткрытым губам. — С нетерпением жду твоего письма.

До тех пор я буду часто тебя видеть. Кто-то должен убедиться, что ты добралась до дома в безопасности.

Глава 29

Рейна

Мэддокс, может, и серийный убийца, но я в двух секундах от того, чтобы прикончить этого ублюдка. Как говорится: лев, колдунья и абсолютнаянаглость этой гребаной суки.

Между нами ничего не кончено.

Поцелуй. Меня. В задницу.

Он расстался сомной . А потом вдруг заявляется на мой ужин с Лоуренсом, желая поговорить и побыть со мной наедине… и теперь это?

Ну конечно . Он опоздал на две недели.

Я с грохотом бросаю книги на стол, как только последний студент выходит из аудитории.

— Какого черта тебе надо? — рычу я, сверля взглядом Мэддокса, черт возьми, Шоу, стоящего по другую сторону стола, такого аккуратного и правильного.

К черту его и его дурацкий галстук. И к черту его вязаный свитер, его начищенные до блеска ботинки и этот до раздражения милый шарф, в котором он заявился на занятие.

Он снова пришел на практику, которую должен был вести другой преподаватель. Я думала, что буду свободна от него и у меня будет хотя бы пара дней, чтобы переварить случившееся и придумать причину, по которой он появился на ужине. Его ревность — не вариант.

Его глаза светлеют, когда он смотрит на меня. Мэддокс не может всерьез радоваться встрече со мной.

— Что ты имеешь в виду?

О. Он правда хочет разыграть эту карту?