— Он пригласил меня на днях, чтобы заверить: мы с ним хотим одного и того же. Когда он сказал, что хочет расторгнуть нашу помолвку, я чуть в обморок не упала от облегчения. — Её идеально уложенные волосы соскальзывают с плеча, когда она пожимает им. — Должно быть, ты его зацепила. Это буквально первый раз, когда он сам подошел ко мне ради чего-то… вообще-то, кажется, первый раз, когда он добровольно заговорил со мной.

Моя решимость крепнет, наполняя восторгом. Мэддокс говорил правду. Он выбирает меня.Нас .

Мои плечи расслабляются, и я выдыхаю:

— Спасибо, что рассказала. Я очень это ценю. Ты даже не представляешь, как важно было услышать это от тебя.

— Конечно. — Она кивает. — Чем скорее ты избавишь меня от него и от Ордена, тем лучше. Я чувствую вину за то, что втягиваю в это Броди.

А? «Орден»?

Яркие карие глаза Эби округляются, расширяясь, когда она бросает взгляд на что-то позади меня. Я оборачиваюсь, пытаясь понять, что она увидела, но вокруг лишь незнакомые студенты.

— Э-э, ты не… он никогда не говорил… — Она обрывает себя на полуслове. — Да. Да. Прости. Я на секунду запуталась. Это название компании моего отца, эм… как её… дочерней компании, или как там? Вроде Ордена из них? Ты понимаешь, о чем я. — Она нервно хихикает.

Я хмурюсь.

Она качает головой и отступает на шаг назад.

— В любом случае, просто… будь с ним осторожна.

У меня перехватывает дыхание.

— Почему?

— Он… эм, я не знаю, как сказать, и ты этого от меня не слышала… но я слышала, что он бывает… — Её кадык вздрагивает. — Опасным.По-настоящему опасным.

Сердце колотится, пока я смотрю, как она медленно пятится. Она имеет в виду историю с серийными убийствами? Потому что, как выяснилось, я готова это принять. Или она говорит о тайном обществе, в которое я пытаюсь вникнуть?

— Да, спасибо за предупреждение.

Она натянуто улыбается, разворачивается и бросает через плечо:

— Еще увидимся.

Так . Что это сейчас было? В конце она вела себя странно.

Как она это назвала? Орден?

Значит, теперь женщина, на которой Мэддокс должен был — илибыл должен — жениться по деловым соображениям, упоминает «свой мир» и какой-то «орден»?

Покачав головой, я откладываю её слова в сторону и продолжаю путь к его кабинету. Этот разговор выбил меня из колеи, но в то же время придал уверенности — и в отношении Мэддокса, и в моих теориях. Он прояснил свои намерения не только со мной. Это именно то доказательство, которое я хотела получить. Хороший первый шаг.

Вытерев потные ладони о пальто, я стучу в дверь, стараясь не звучать робко.

Мяч на моей стороне , напоминаю я себе. Я та, кто здесь принимает решения. Если мне нужно больше времени или я решу уйти, это полностью мое дело. Худшее, что может случиться, — это…

Дверь распахивается. Зеленые глаза сталкиваются с моими — резко и властно. Ноздри Мэддокса раздуваются, когда он понимает, что это я.

— Мисс Синага. — Он хмурится.

Мой пульс учащается. Это не тот теплый прием, на который я рассчитывала.

Кивнув на руку, которой он крепко держится за дверь, я спрашиваю:

— Можно войти?

— Ты записывалась на прием? — сухо спрашивает он.

Мои волоски встает дыбом.

— Что? — Я несколько раз моргаю. — Нет?

— Тогда боюсь, что я занят. — В его тоне нет и намека на шутку.

Мои брови взлетают на лоб.

Так.Нет . Какие бы игры он ни затеял, с этим покончено. Это не мило. И совсем не смешно. Я врываюсь внутрь, отпихивая его руку, когда он пытается меня остановить.

— Что ты здесь делаешь?

Он сейчас серьезно?

— Я хотела с тобой поговорить.

Он проходит мимо меня к своему столу, даже не взглянув в мою сторону.

— Нам не о чем разговаривать.

Я бледнею.

— Прости, что?

Нет, я, должно быть, ослышалась.

— Как и у тебя, у меня было пара дней на размышления, и я пришел к выводу, что ты всего лишь студентка. Мы никак не можем иметь общих тем для разговора. — Его голос звучит рассеянно. Отстраненно. Скучающе.

Мое сердце раскалывается пополам. Должно быть, я что-то упускаю. Наверное, я его неправильно поняла. Должно же быть какое-то разумное объяснение его реакции.

Должно быть, шутка. Этообязана быть шутка. Я не… У меня перехватывает дыхание. Я больше не позволю ставить себя на последнее место.

Откашлявшись, я вскидываю подбородок.

— Я не поним…

Мэддокс вздыхает, словно всё это — пустая трата времени, и его терпение на исходе.

— Возможно, мне стоит выразиться яснее: между нами никогда ничего не будет, потому что ты — этоты , а я — этоя.

У меня всё внутри обрывается. Такое чувство, будто с меня заживо сдирают кожу. Он… Нет, он не это имел в виду. Онне может так думать.

Я быстро моргаю, сдерживая подступающие к глазам слезы.

— Какого черта это значит?

Мэддокс не смотрит на меня, когда говорит:

— То, что хорошего понемножку.

Ох.

Все повторяется.

Я была права. Для него это была просто игра. Развлечение, чтобы убить время. Я никогда не была той, кого он выберет.