— Только не делай глупостей, хорошо? И используй защиту.

Её глаза загораются.

— Забавно, что ты это сказала; я как раз собиралась написать Шоу и сказать ему то же самое.

Я легонько толкаю её в плечо, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не слышал.

— Не говори так громко.

Заливаясь смехом, она идет назад, покачивая бедрами.

— Было бы довольно мило, если бы мы родили детей в одно и то же время.

Я в этом участвовать не буду .

— Ни одна из нас не собирается беременеть, Кими.

— Ты — нет, а вот я при правильном финансовом стимуле — вполне. Как говорится, надо делать деньги, а я просто не создана для работы с девяти до пяти.

Боже упаси. Эта женщина доведет меня до аневризмы.

Её преданность образу жизни «сахарной детки» вызывает восхищение, если не сказать, что утомляет. Я была бы совершенно другим человеком, если бы во мне была хоть капля её экстравертной энергии.

— Конечно.

Если день пройдет идеально, Мэддокс развеет мои тревоги по поводу нас, и я чудесным образом получу всё необходимое, чтобы раскрыть вторую жизнь отца.

И узнать, имеет ли к этому хоть какое-то отношение это общество.

— Удачи. Если Дженнифер будет доставать тебя, я подожгу её машину. — С этими словами Кими уходит.

Я чувствую себя виноватой из-за лжи о том, с кем собираюсь встретиться. Признаться ей, что я иду прижать Мэддокса к стенке, — плохая идея, особенно учитывая, что она считает, что у нас было на один раз, а я всего лишь девчонка, сохнущая по профессору после того, как с ним переспала.

Когда-нибудь я всё расскажу. Ей не нужны мои драмы, учитывая, что она нянчилась со мной после смерти мамы.

Путь до кабинета Мэддокса кажется бесконечным. У меня возникает искушение отложить этот разговор на другой день, но нет смысла тянуть неизбежное. Он ясно дал понять, каковы его намерения; он должен доказать, что готов сделать всё возможное, будучи со мной предельно честным.

Может, еще слишком рано в наших отношениях требовать отказа от тайн, но я не собираюсь идти на компромисс. Никаких загадочных ответов. Никаких отговорок или переносов разговоров. Ему нужно выложить всё как есть. Мне нужно видеть полную картину того, во что я ввязываюсь, если собираюсь согласиться.

Я замираю, так и не сделав следующий шаг, когда кто-то окликает меня по имени. Я резко оборачиваюсь и не сразу узнаю приближающуюся женщину.

Эби .

У меня пересыхает во рту, и я оглядываюсь в поисках Кими. Тысячи вопросов проносятся в голове. Почему она здесь? Что ей нужно? Она пришла к Мэддоксу?

Я выдавливаю из себя напряженную улыбку.

— Привет.

— Привет. — Её шаги на мгновение замедляются, но она все же решает сократить дистанцию. — Мы, гм… — Кадык Эби вздрагивает, а я переминаюсь с ноги на ногу, не зная, куда деть взгляд. — Мы так и не поговорили на днях, потому что… ну, ты понимаешь.

Моя кожа вспыхивает от смущения, и я начинаю нервно теребить руки. Никогда в жизни не могла себе представить подобного общения.

— Да. Прости за это.

На этот раз она дарит мне искреннюю улыбку — молчаливое перемирие — и пожимает плечами.

— Я всё понимаю. Когда ты не знаешь наш мир, это тяжело принять.

Имеет в виду мир высшего общества? Это… общество?

— Да. — Между нами повисает неловкая тишина, и никто из нас не решается посмотреть на другую. Я прочищаю горло. — Ты идешь к Мэддоксу?

Глаза Эби округляются, словно я обвинила её в убийстве.

— Нет, нет. Господи, нет. Я приходила к нему однажды, и это был самый мучительный опыт в моей жизни. Стараюсь избегать его любой ценой.

— Оу.

Не могу сказать, что это похоже на счастливый брак. Мэддокс упоминал что-то в том же духе. Их неприязнь друг к другу — как бальзам на мою ноющую рану.

Покачав головой, она продолжает и кивает на здание позади себя:

— Мой парень здесь учится. — Её лицо светлеет при упоминании о нём. — Броди и Спенсер в одной футбольной команде, и мы общались, пока они не ушли на занятия.

— Оу.

Давай, Рейна. Сформулируй нормальное предложение.

От того, что у неё есть парень, узел у меня в животе развязывается. Должна признаться, я меньше испытываю отвращение к обстоятельствам, в которых оказалась из-за Мэддокса.

— И ты не хочешь быть с Мэддоксом? — осторожно спрашиваю я. Ответ очевиден, но мне нужно услышать его от неё.

— Я бы не хотела выйти за него, даже если бы мы были последними людьми на земле.

Я постукиваю пальцем по бедру, вдыхая холодный воздух.

— Значит, вы оба намерены это прекратить?

Она восторженно кивает.