Поэтому мой брат живет в блаженном неведении, считая, что на курок ради Ордена нажимают только те, кто сам этого хочет. Он узнает правду, когда достигнет моего ранга медикуса. А пока пусть спит со студентками, пьет, тусуется, играет в футбол — делает все, что позволяет ему чувствовать себя нормальным человеком, до того как все это исчезнет.

Устранение Шепарда ничего не изменит. Его преемник может оказаться еще более жестоким. В любом случае, он слишком хорошо защищен Орденом, чтобы его можно было убрать, особенно кому-то вроде меня. Теперь у меня не одна, а две слабости, и, судя по всему, все об этом знают.

Шепард бесстрастно смотрит на меня.

— Прими мое предложение, и твой брат не пойдет дальше базовой подготовки. Каждый мужчина должен уметь нанести приличный удар.

Блять.

Блять .

Я был готов бросить Эбигейл и рискнуть Спенсером ради того, чтобы быть с Рейной, но теперь, когда реальность встала передо мной лицом к лицу, я не знаю, смогу ли гарантировать ей выживание. Потому что, если я не буду держаться на расстоянии, Рейна станет следующей, кого прикажут убрать. Если с ней что-то случится...

Мольбы сыграют на руку Шепарду, и он будет ежедневно попрекать меня этим, напоминая, что он ничего не предлагает просто так. Каждый приказ — это угроза. Делай или пожалеешь.

— Мне прикажете отворачиваться от любого студента, ищущего помощи?

— Да. Если выяснится, что ты продолжаешь общаться с Рейной Синагой, будут приняты более радикальные меры.

Мое дыхание становится тяжелым, пока я сверлю его взглядом. Звук ее имени, сорвавшийся с его губ, застилает мне глаза багровой пеленой.

— Например? — процеживаю я сквозь зубы.

— Тебе ведь нужны руки, чтобы писать картины, не так ли? — Он наклоняет голову на бок, глядя на меня снизу вверх, не смотря на то что я стою над ним. — Впрочем, если ты будешь мертв, картины тебе не понадобятся.

Орден неприкосновенен. Но все, что случится со мной или Спенсером, сильно ударит по моему отцу.

— Весьма удачный исход для того, кто не желает видеть Роланда в чине высшего святого, — говорю я.

Великий магистрат питает к Роланду некую слабость по непонятным мне причинам. Он очень добродетелен, чтобы дергать за ниточки для победы моего отца на выборах, и мне трудно поверить, что Шепард предпримет какие-то шаги, чтобы поставить под удар кампанию Роланда.

Я отступаю на шаг, когда он медленно поднимается на ноги и застегивает пиджак.

— Возможно, — бросает Шепард, направляясь к выходу.

Предмет, который он швыряет в мою сторону, с грохотом падает на пол.

— Советую начать носить кольцо.

Глава 27

Рейна

Четырех дней восстановления вполне достаточно, чтобы скатиться в пучину отчаяния.

Я ненавижу оставаться наедине со своими мыслями.

Но еще больше я ненавижу, когда меня игнорируют.

Я не слышала вестей от Мэддокса с тех пор, как вчера утром ходила за продуктами. Пока я была в магазине, мне «посчастливилось» столкнуться с парнем из моей группы — Алексом — и пришлось притворяться, что я в порядке, когда он начал расспрашивать, почему я выгляжу так, будто меня трижды переехал автобус. Это испортило мне всё настроение.

А потом еще и молчание со стороны Мэддокса, особенно после его просьбы прислать фотографии в качестве «доказательства жизни»? По мне, так это почти непростительно. Если кто и имеет право игнорировать другого человека, то это я. Я всерьез подумываю нанять личного хиропрактика, потому что от этого мужчины у меня уже шея болит — так часто он заставляет меня вертеть головой от удивления.

Я всё это время кипела от злости и перебирала всевозможные теории о том, может ли на самом деле существовать тайное общество. В смысле, эта идея не такая уж и надуманная. Мир и так уже погряз в коррупции — или, может, я просто пересмотрела фильмов про секты.

— Серьезно, если тебе понадобится, чтобы кто-то тебя подхватил на руки, потому что ты думаешь, что умираешь, дай знать. Пусть у Лоуренса будет свой момент рыцаря в сияющих доспехах, — Кими подмигивает, поднимаясь вместе со мной по ступеням кампуса.

Я одариваю её убийственным взглядом. Я бы ответила как следует, если бы не старалась беречь силы. Физически я в порядке, кажется. Но тревога переросла в симптомы, похожие на грипп. А это значит, что мне нужно поговорить с Повелителем Тьмы, чтобы понять, есть ли у нас реальное будущее.

Она проверяет телефон, прежде чем бросить его в сумочку.

— Ладно, дорогая, я тебя поцеловала и побежала. Оуэн сказал, что везет меня на ужин в Чикаго.

Я резко останавливаюсь как вкопанная.

— Подожди, что? С каких пор вы перешли на уровень совместных путешествий?

Кими невинно пожимает плечами, хотя вид у неё чертовски довольный.

— С тех пор, как я ему нравлюсь, а он мне.

— Он или его кошелек?

Её лицо помрачнело, словно сама мысль о том, что он «просто очередной парень», задевает её.

— Он и его характер. Кошелек — приятный бонус. К тому же мы полетим на его джете, так что я смогу захватить в сумочку перцовый баллончик.

Я фыркаю.