Обязанностью каждого мага было помогать аркану, если тот получал повреждение или ранение, пусть многие из них совсем не хотели даваться людям в руки. Неважно — арканы защищали земли королевства от нежити, особенно дикие, а значит, о них тоже следовало заботиться.

Никто толком не знал, как аркан становился диким. Ходили слухи, что в какой-то момент они слишком сильно привязывались к своему магу и просто не могли пережить его смерть. Самый известный из них, Великий Линнурм, одичал именно после гибели своего мага, вместе с которым погиб и весь его род. С тех пор Василиск сошёл с ума, нападал не только на нежить, но и на других арканов, и ходили даже слухи, что он ими питался.

— Сегодня вы будете работать с арканами Серой Грани. Перед вами Кривоухий, Бесхвостый и Прах — дикие волки, обитающие в лесах за пределами академии. Прошу обращаться с ними предельно уважительно и соблюдать установленную дистанцию. Именно присутствие подобных арканов сдерживает распространение нежити и обеспечивает естественную защиту прилегающих к академии земель.

Ученики с опаской поглядывали на диких арканов — раньше им вряд ли доводилось работать с ними настолько близко, я же терпеливо стояла рядом и ждала.

Минута, две, три…

Когда они заметят?

Александра стояла чуть поодаль, неловко прячась за высоким юношей, который от её внимания буквально таял. Золотые волосы светились на солнце, на голове красовалась кокетливая шляпка с тремя широкими перьями птицы аурикс, известными своей золотой окантовкой. Каждое такое перо стоило один золотой вейн и считалось признаком достатка.

Рядом с сестрой держались подруги и знакомые. Отверженной в академии она совсем не выглядела, хотя родители часто писали мне, что из-за моего скандала отношение к ней изменилось.

И… я была за неё рада. Мне меньше всего хотелось, чтобы мои прошлые ошибки сказались теперь и на её жизни, потому что я прекрасно знала, насколько сильно они уже ударили по родителям.

Меня заметили только минут через десять — настолько ученики привыкли не обращать внимания на помощников и подмастерьев профессоров. Профессор Хогг продолжал рассказывать о природе диких арканов, а я по его указанию поднимала лапы, успокаивала волков, когда те начинали рычать, показывала места ранений — страшные царапины, оставленные гулем.

Сначала один из особенно робких учеников, стоявших сзади, что-то шепнул своему другу, толкнув его плечом, затем кивнул в мою сторону, а потом всё-таки показал пальцем. Этого оказалось достаточно, чтобы заинтересовались остальные.

Узнавание постепенно прокатилось по группе. Ученики переводили взгляды с меня на Александру и обратно, а я лишь сильнее выпрямилась, запрещая себе даже думать о том, насколько не подобает мой нынешний наряд леди моего положения.

Всё это неважно.

Вскоре перешёптывалась уже почти вся группа. «Эйвери Холлоуэй», «старшая Холлоуэй», «герцог Равенкрофт» звучали со всех сторон, но, стоит отдать должное профессору Хоггу, он никак не реагировал, а когда разговоры стали совсем громкими, просто приказал всем не отвлекаться и не перебивать его.

— Александра, — юноша рядом с сестрой потянул её за плечо, кивая на меня, когда остальные вновь сосредоточились на объяснениях профессора.

Но она произнесла то, чего от неё, возможно, не ожидал никто:

— Что вы говорили о ранениях Бесхвостого, профессор? Ему пришлось купировать хвост, потому что лечение опоздало на два дня?

На меня она даже не посмотрела, обращаясь только к преподавателю, а затем продолжила слушать его с таким невозмутимым видом, будто меня здесь не было.

Показательно делала вид, что я не существую.

Горькая желчь образовалась во рту, на нас смотрели её одноклассники, раскрывая рты от удивления, я же, делая незаметный нервный выдох, подумала, что так, наверное, даже лучше. Улыбнулась, будто её поведение меня нисколько не удивило и не задело, будто мы заранее обо всём договорились, и продолжила выполнять указания профессора.

Кривоухий, Бесхвостый и Прах держались меня так, будто я была частью их стаи, хотя, конечно, не ласкались, а без меня не подпускали к себе ни одного студента.

Александра… ненавидит меня?

Я не видела сестру больше полутора лет — с тех пор, как они в последний раз навещали меня все вместе в Скарне, привезя с собой последних, самых слабых арканов рода Холлоуэй. Уже тогда Александра казалась отстранённой, но я не придала этому значения, слишком погружённая в собственную трагедию и понимая, что она сейчас очень занята в академии.

А теперь… было очень обидно.