Я моргнула. - Это твой показатель?

“Это хороший показатель”, - сказал Твоббл. “Фрэнк не заводит случайных отношений с бывшими. Вот откуда ты знаешь, что он серьезен”.

Губы Кигана дрогнули. - И какой у тебя показатель для меня?

Туоббл перевел взгляд с меня на него. “ Сегодня утром ты не сделал ни единого саркастического замечания по поводу своей собственной неминуемой гибели, ” сказал он. “Что является либо прогрессом, либо очень тревожным. Я делаю заметки”.

Сконк послушно записал. “Психологический индикатор гоблинов № 12: уровень юмора Кигана в духе рока”.

“Достань это”, - сказал я.

“Никогда”, - ответил Сконк.

Несмотря ни на что, несмотря на узел в моем животе и то, как моя магия, казалось, бродила под моей кожей, я обнаружила, что улыбаюсь.

Вот почему мы это делали.

Не ради великих пророчеств или непостижимого замысла Лощины, и даже не для того, чтобы досадить моей властолюбивой бабушке, хотя это было приятным бонусом.

Именно для этого.

Для гоблинов в рубашках, усыпанных крошками, и серьезных тетрадях. Для моего пораженного проклятием волка в виде не совсем мужа, который так старается быть уравновешенным. За то, чтобы мои родители научились существовать в одном и том же волшебном здании, не дрогнув.

Для Селесты, написавшей мне о Кьеркегоре и супе.

“ Ладно, ” сказал я, расправляя плечи. “ Обсуди план со мной. Еще раз.

Сконк просветлел и перелистнул на другую страницу. “Мы встречаемся с Гидеоном в Дебрях чуть меньше чем через шесть часов”, - процитировал он. “Нова закрепит территорию. Вы, Киган, Фрэнк и Гидеон встанете в круг в качестве основных якорей — север, юг, восток, запад. Стелла, Ардетия, Белла и твоя мама будут держать запасной ринг. Мы с Твобблом расположимся снаружи для поддержки обороны и перекусов. Горгульи будут охранять периметр; Элира будет следить за Камнем и Защитой Академии через якорь.

“Круг замыкается, когда мы все берем на себя обязательства”, - добавил я. “Полностью. Никаких подстраховок, никаких "Я посмотрю, как все пройдет’. Если кто—то из нас дрогнет...

“Структура разрушается”, - закончил Киган. “И у всех нас был очень плохой день”.

-Возможно, навсегда, - услужливо подсказал Сконк.

“Не помогает”, - сказал я.

“ Извините, ” пробормотал он. - Требование точности.

Твоббл подпрыгнул на месте. — Но если это сработает...

“ Если это сработает, ” сказал я, “ мы перережем путь голода. Или, по крайней мере, сделаем его намного сложнее в использовании. Мы ослабим любимую игрушку жрицы. Мы даем Стоунвику передышку”.

“А потом, - добавил Твоббл, - мы едим торт”.

Я моргнула. - У нас есть торт?

Он выглядел оскорбленным. “ Конечно, у нас есть торт. Я не собираюсь присутствовать на древнем обряде по восстановлению равновесия в мире без выпечки ”.

Киган фыркнул. Некоторая напряженность сошла с его лица.

“ Спасибо, - сказал я обоим гоблинам, имея в виду нечто большее, чем отчет. - Правда.

Туоббл надулся, затряс ушами. Сконк удовлетворенно наклонил голову.

“Мы встретимся с вами на транзитном кольце через час”, - сказал Сконк. “Нова” хочет, чтобы все пришли пораньше, чтобы проверить резонанс". Он колебался. - Ты собираешься... сказать что-нибудь Селесте, прежде чем мы уйдем?

Вопрос упал, как камень, брошенный в пруд.

“ Она знает, что происходит что-то серьезное, ” медленно произнес я. “ Она не знает подробностей. Я не ... хочу отправлять ей сообщение, в котором говорится: ”Привет, детка, я могу умереть в magic circle, люблю тебя ".

Твоббл поморщился. “ Нет, не делай этого. Ужасный тон.

“ Я напишу ей позже, ” сказал я, сжав горло. “ Когда все будет готово. Когда я смогу сказать ”У нас все в порядке", не солгав.

- Если тебе позже понадобится отвлечься, - сказал Твоббл, - я могу притвориться, что подавился тортом.

“Пожалуйста, не надо”, - сказал я.

Он ухмыльнулся. - Ничего не обещаю.

Они ушли в водовороте энергии и полусформулированных споров о том, считаются ли гоблины официальными свидетелями церемонии. Дверь со щелчком закрылась за ними.

Без их шума комната казалась меньше.

Киган снова подошел ближе, прижимаясь своим лбом к моему. Его дыхание согревало мои губы, теперь ровное, хотя и не совсем нормальное. Тени под его глазами все еще были на месте, но он не выглядел так, будто вот-вот упадет. Во всяком случае, физически, а потом он поцеловал меня.

Мягко и бережно, когда наши тревоги смешались воедино, он отступил назад.

- Последний шанс сбежать со мной, - пробормотал он.

“ Где? - Спросил я. - На не проклятой береговой линии?

“Где-нибудь с плохой сотовой связью и хорошим супом”, - сказал он. “Мы могли бы инсценировать нашу смерть и открыть очень маленькую, очень сомнительную гостиницу”.