Стелла откинулась назад, изучая нас обоих. “ Разница в том, - сказала она, - что вы двое говорите об этом. Секреты - любимое оружие Жриц. Ты уже затупил лезвие.

Снаружи ветерок шевелил бумажные листья, развешанные вдоль улицы, а внутри чайной, окруженный теплом, правдой и достаточным количеством юмора, чтобы не упасть духом, я осознал нечто тихое и глубокое.

Этот момент, этот разговор были тем волшебством, которого моя мать пыталась избежать.

Дело было не в силе или магии. Дело было в выборе. У меня никогда не было выбора учиться или дистанцироваться от этого.

И я не собирался допустить, чтобы это отняли у моей дочери, кто бы ни постучался.

Но потом я заметил Сконка раньше, чем хотел.

Дело было в том, как он шел по тротуару возле чайной, ссутулив плечи, ступая слишком неторопливо, словно кто-то репетировал плохие новости, прежде чем сообщить их. Один раз он остановился, чтобы взглянуть на тыквы у порога, начал с ними разговаривать, а потом покачал головой, как будто даже они предали его.

Мой желудок сжался.

Я вскочил со стула прежде, чем сознательно решил пошевелиться, стол тихо заскрипел по полу, когда Стелла подняла глаза с легким удивлением.

“ О боже, - сказала она, когда Сконк толкнул дверь. - Это либо несварение желудка, либо мрачные вести, либо дурное пророчество.

Сконк уставился на меня.

“ Мэйв, ” сказал он. “ Привет. Выпечка выглядит восхитительно. Мне нравится атмосфера этого заведения, Стелла. Всегда так было.

“ Сконк? Мои брови поползли вверх.

- Ну, у нас небольшая проблема.

Селеста тут же оживилась. - Мне не нравится слово “незначительный.

- Что случилось? - спросил я.

Сконк почесал затылок, бросив быстрый взгляд на Стеллу, потом на Селесту и снова на меня. “ Итак. В коттедже.

Мой пульс участился. - А что насчет этого?

- Это... противоречило, - осторожно произнес он.

“ Чем? - Спросила я, уже зная, что ответ мне не понравится.

“С Академией”.

“ Какую именно часть? - Медленно спросила я, страшась ответа.

Он откашлялся. - Где Твоббл? - спросил я.

“С жабой”, - ответила Селеста.

“ Сконк, сосредоточься. С какой частью не согласился коттедж?

“Часть о том, что Гидеон останется”, - ответил Сконк. “Я бы осмелился сказать, что это очень сильно противоречило”.

У меня сжалось в груди. - Что значит “не согласен”?

“Я имею в виду, - сказал он, поднимая руку в беспомощном жесте, - что Страж выставил его на крыльцо, как плохую реакцию, а затем Миора и Элира заперли за ним двери”.

Слова ударили, как ледяная вода.

“ Они заперли его снаружи? Я повторил.

“ Да, ” сказал Сконк. “ Твердо. Символически. С чувством. Потому что, по правде говоря, коттедж ... сама Каменная Палата сказала, что Нет. Не позволю ему остаться здесь.”

На мгновение чайная, казалось, накренилась. Академия хотела, чтобы Гидеон был рядом. Она совершенно ясно дала это понять, предприняв к нему собственные шаги. Выгнать его из коттеджа было не просто неудобно; это было опасно. Конфликт магических полномочий редко заканчивался спокойно.

- О нет, - прошептала я.

Однако Селеста откинулась на спинку стула и пожала плечами.

“ Я имею в виду,… Я не против, чтобы он убрался отсюда.

Я на мгновение закрыла глаза, заставляя себя дышать.

“ Я знаю, ” мягко сказал я. - И тебе позволено так думать.

Сконк перевел взгляд с одного на другого. - В чем-то она права.

“Дело не в том, нравится ли он нам”, - сказала я, снова открывая глаза. “Дело в балансе. Академия хотела, чтобы он был рядом. Коттедж, отвергающий его, создает вакуум”.

Стелла невозмутимо потягивала чай. “Вакуум" - вежливое слово. Я бы назвала это магическим разногласием с зубами. Но когда вы сказали мне, что Академия согласилась на компромисс...

“ Что? - Подсказал я.

- Ну, дорогая... Академия не идет на компромиссы.

Мои мысли понеслись вперед, намечая последствия. Гидеон один. Гидеон перемещен. Гидеон между местами, которые его не хотели. Это было именно тогда, когда такие люди, как он, принимали ужасные решения или попадали в руки худших сил.

“ Где он сейчас? - Спросил я.

Сконк поморщился. “Последний раз, когда я видел его, он стоял на дорожке, ведущей из города, с видом глубоко оскорбленного человека и обмахивался веером в сторону Карви, который кружил над ним”.

Это меня не успокоило.

Селеста нахмурилась. - Это плохо?

“Это нехорошо”, - честно призналась я. “Гидеон не из тех, кого хочется загонять в угол”.

- И все же, - беспечно сказала Стелла, - мы здесь.

Я прошелся один раз, затем резко остановился, когда что-то со щелчком встало на место.

Луна.

Наша довольно робкая волокнистая ведьма. Тихая, постоянная женщина, которая, казалось, всегда знала чуть больше, чем говорила, в чей магазин Гидеон забрел так, словно это была знакомая территория, а не нейтральная территория.