— Искренне уповаю, что Великий Жрец вкупе со старейшинами всё же нащупают для нас спасительную тропу… — Адар тяжело поднялся на ноги, подхватив фонарь. Его голос прозвучал до пугающего тускло и обреченно.

За минувшие пару-тройку тысячелетий обыватели Лунного Города отнюдь не сидели сложа руки. Они раз за разом снаряжали экспедиции в самые недра непроглядного мрака, отчаянно силясь вырваться из этого капкана. Увы, одни отряды, получив по зубам, возвращались не солоно хлебавши, а другие и вовсе пропадали с концами, бесславно растворившись в бескрайней, первобытной ночи.

К тому же, в добром дне пути на восток от городских стен раскинулась исполинская пелена серо-белой мглы, наглухо укрывшая и твердь, и сами небеса.

Эта дымка возвышалась монолитным, незримым барьером, не только обрубая любые попытки пронзить её взглядом, но и напрочь перекрывая проход всякой живой твари.

В былые времена горожане свято верили, что именно там зарыт их шанс на спасение. Грезили, будто в объятиях серого тумана прячется благословенный, нормальный мир, а по ту сторону раскинулись нетронутые проклятием, плодородные земли.

Они рвали жилы, раз за разом отчаянно штурмуя этот туманный редут, вот только все потуги неизменно терпели глухое фиаско:

Они пробивали километровые туннели, уповая проскользнуть под незримым куполом, однако в земных недрах их встречал всё тот же непроницаемый серо-белый заслон;

Обзаведясь паранормальным даром полета, смельчаки рвались ввысь, надеясь перемахнуть барьер по воздуху. Но сколько бы они ни карабкались к облакам, макушка мглы так и оставалась недосягаемой — вплоть до того рокового мига, пока их не сжигали дотла хлесткие удары молний;

Они бросали в пекло всю сокрушительную мощь своих полубогов вкупе с Запечатанными артефактами, обрушивая на преграду шквал за шквалом. И всё же за тысячелетия этой денной и нощной, изматывающей осады им так и не удалось процарапать в незримом щите ни единой, даже самой крошечной бреши…

Внимая горьким словам капитана Адара, следопыты с головой провалились в пучину свинцовой безысходности и тоски. Им казалось, будто они уже сорвались в бездну и теперь дюйм за дюймом скользят во мрак, напрочь лишенные возможности зацепиться хоть за какую-то соломинку.

Мутанты отродясь не славились ледяной выдержкой, и в этот миг каждый из них спинным мозгом почуял, как внутри клокочет и нарывает жгучий ком ярости, готовый вот-вот выплеснуться наружу.

— Стоит оговориться: еще пару-тройку веков назад в Лунном Городе уроды были наглухо отрезаны от стези Потусторонних и рядов боевых отрядов, перебиваясь лишь черновой работенкой на сборе урожая. Вот только с неумолимым истощением людских резервов Великому Жрецу и верхушке пришлось скрепя сердце ослабить эти суровые вожжи.

— Выдвигаемся. Этого пайка нам на всех не хватит, — Адар обвел подчиненных цепким взором и, вскинув фонарь, решительно зашагал в самые непроглядные пучины мрака.

Они благоразумно не стали гасить пламя, дабы не спровоцировать массовый набег тварей из тьмы. Как-никак, эта слепая игра в рулетку грозила вывалить на них монстров такого калибра, который оказался бы им попросту не по зубам.

В этой звенящей, удушающей тишине бойцам боевого звена Лунного Города всё явственнее чудилось, что этому первобытному мраку вовек не будет конца.

И эта картина до боли, железобетонно точно отражала плачевный статус их родного полиса: надежда растаяла как дым, а масло в их спасительных светильниках неумолимо, капля за каплей, подходило к концу.

Стоит лишь последней искре света испустить дух, как кромешная ночь абсолютно бесшумно, безжалостно пожрет их всех без остатка.

Мерно чеканя шаг, Адар внезапно уловил, как в его зрачках отразился тусклый, мутно-желтый блик.

То был отблеск пламени, и исходил он отнюдь не от их фонарей!

В следующее мгновение это чужеродное свечение резануло по глазам всей команды, наглухо затопив их расширившиеся от шока зрачки.

Адар, Син, Рус и остальные остолбенели, не в силах обуздать первобытную, бьющую через край оторопь.

За весь их недолгий век, да и в замшелых летописях Лунного Города, накропанных после Великого Катаклизма, отродясь не всплывало ни единого упоминания о свете, пришедшем извне!

Спору нет, среди хтонической фауны нет-нет да и попадались твари, наделенные властью над пламенем или доменом Солнца. Вот только эти ублюдки перед броском всегда маниакально хоронились в глухих тенях, не источая ни малейшей искорки.

И вот теперь прямо в недрах беспросветной тьмы безмятежно полыхал огонь!

Тела Адара, Син и Руса пробила мелкая, судорожная дрожь. В их головах пулеметной очередью пронесся вихрь диких догадок, вот только ни одна из них не давала кристально ясного ответа.

Лихорадочно прокрутив в памяти график текущей вылазки, они железобетонно удостоверились: никаких других отрядов из полиса в этом секторе нынче не отирается.

А раз этот свет не принадлежит Лунному Городу, то кто, во имя всех богов, его зажег?