— Интересно. Если дело связано с запечатанным хранилищем и тебе понадобились именно эти справочники, то ты не справишься. Такую сложную работу должен выполнять опытный мастер. Сколько раз Хансон Крит вскрывал эльфийский тайник на твоих глазах? Вряд ли много. Кто тебя вообще нанял?

— Не твоё дело! Отец не стал бы вести себя так высокомерно. Он в меня верил! — не выдержала Даяна.

О Конноре Фейне они говорили редко. Даяна считала отсылки к нему признаком слабости. Будто она маленькая девочка, которая ищет защиты у взрослого. Ларс тоже не любил вспоминать об отце. По крайней мере, никогда не заводил разговоры о нём сам.

Впрочем, сейчас кивнул.

— Точно. Он тебя баловал, но и я не желаю дурного своей сестрёнке. Мои слова могут показаться неприятными, однако они правдивы.

Мысленно Даяна проклинала всё на свете. Теперь в случае неудачи Ларс наверняка прознает о провале.

— Книги можешь взять, — наконец снизошёл он.

Можно подумать, ей требовалось его разрешение! Отец оставил библиотеку им обоим!

Губы Ларса тем временем сложились в хитрую усмешку.

— Хочешь посмотреть на Красавчика? Когда ещё представится такой шанс?

Перемена темы заставила Даяну растеряться. Её так удивил первый вопрос, что она не особо вдумалась во второй, который должен был озадачить не меньше. Эльф ведь оставался в доме Ларса. Рано или поздно она бы с ним пересеклась.

— Не хочу, — соврала она.

— Хочешь, — дал правдивый ответ Ларс. — Идём.

И Даяна пошла. Ноги сами понесли её за братом.

Их путь лежал прямиком в подвал — место, к которому Даяна не питала особой симпатии. В доме отца он был очень большим, с несколькими отсеками, и во все уголки Даяна никогда не заглядывал. С его строительством расстарался прадед при закладке дома. Отец и дед пользовались им для разных надобностей. Например, здесь имелось отдельное помещение для магических инструментов, а в другом конце подвала располагалась кладовая с винами и съестными припасами. Была пара помещений, за двери которых Даяна вообще не заглядывала. И ещё одно, совершенно её не привлекавшее, которое использовалось для наказаний рабов.

Во времена, когда здесь появилась Даяна, им в основном пользовалась мать Ларса, о чём как-то между делом сообщила дочери мужа. Талия Фейн считала, что с невольниками нельзя быть слишком мягкой. Отец, как замечала Даяна, предпочитал перекладывать все дела с рабами на жену, в целом соглашаясь, что поблажек им давать не стоит. Ларс перенял уроки матери, а может, добавил что-то от себя, так что сегодня ему удалось неприятно впечатлить сестру.

Обитая железом дверь открылась, над потолком зажёгся магический светильник. Даяна шагнула через порог и ахнула.

Светлый эльф снова оказался перед ней совершенно голым, только теперь в ещё более неприглядном положении, чем раньше. Его шею сковал широкий железный обруч, надетый поверх кожаного ошейнику с той целью, чтобы приковать невольника к кольцу, вмурованному в пол. Цепь между обручем и кольцом была слишком короткой, чтобы эльф распрямился, поэтому ему приходилось сидеть, сильно сгорбившись. При этом руки светлого оказались связаны за спиной в запястьях. Довершали картину кровавые полосы на прекрасном теле. Ларс умудрился ещё и избить нового раба.

— Ты что натворил? — выдохнула Даяна.

— Натворил! — в тон ей передразнил Ларс. — С каких пор наказание строптивого раба называется таким словом?

— Ты не должен был!

— И почему же?

— Ну…

Рабов наказывали. Даяна прекрасно это знала. Эльф сразу показал свой характер. Торговец на рынке предупреждал Ларса, что он упрям. По сути, Даяне действительно было нечего предъявить. Она просто видела вопиющую неправильность в представшей перед ней картине, которая, кажется, существовала только в её голове и под взглядом Ларса не облекалась в нужные слова.

Ей было неприятно. Она хотела уйти и при этом что-то сделать. В голове беспомощно метались мысли, не способные сложиться в план по спасению невольника.

— Он красивый и тебе жалко его идеальную кожу, по которой так и хочется провести пальцами, — чувственно подсказал Ларс.

— Нет!

— И снова не верю. Ну же, попробуй.

Ларс присел рядом с эльфом на корточки и потрогал его за плечо. Точнее без какой-либо осторожности впился пальцами в кожу, нарочно задев одну из ран. Эльф отреагировал сразу, принявшись яростно дёргаться в попытке оттолкнуть Ларса. Это было немного странно, потому что Печать должна была лишить светлого всякой возможности сопротивляться хозяину. Ларса, впрочем, ситуация не смутила.

— Он даже лучше, чем я рассчитывал, — произнёс он. — Наверняка был любимцем богини. А ещё он не такой молчун, как могло показаться. Но и впечатлить меня своими речами ему пока не удалось, а вот сделать хуже себе — вполне.

И тут светлый, наконец, заговорил.