Снаружи стоит чёрный внедорожник. На мокром кузове отражаются окна отеля, а салон всё ещё пахнет парфюмом мужа.

Автомобиль оформлен на меня, хотя муж всегда называл его своим. Он выбирал кожу и цвет кузова, ждал поставку почти год. Машину подарил мне на годовщину, а через неделю Влад забрал ключи, потому что его собственная находилась в сервисе.

С тех пор я пользовалась ею только с разрешения.

Теперь она ведёт его прямо ко мне.

В салоне подержанных автомобилей мужчина по имени Георгий дважды обходит внедорожник, проверяет документы и открывает заднюю дверь.

Фея сидит в переноске на стуле и наблюдает за оценкой семейного имущества.

Георгий проводит пальцем по царапине на кожаном сиденье.

— Кошка?

— Это эксперт по оценке качества.

Мужчина смеётся, затем называет сумму.

Почти вдвое меньше той, которую заплатил Влад.

— Мало.

Скупщик пожимает плечами.

— Быстрая продажа всегда дешевле.

Слышу знакомую фразу и вспоминаю, как муж вёл переговоры. Он никогда сразу не отвечал на предложение. Просто смотрел на человека напротив, пока тот не начинал заполнять тишину сам.

Я тоже молчу.

Георгий перестаёт улыбаться и проводит ладонью по подбородку.

— Могу добавить десять процентов.

Продолжаю смотреть.

— Пятнадцать, — произносит он через несколько секунд, — Оплату получите сегодня.

— Двадцать.

— Вы суровая женщина.

Я скромно улыбаюсь, и мы подписываем документы купли-продажи.

Когда с формальностями покончено, Георгий забирает ключи и садится за руль. Двигатель запускается знакомым низким звуком.

Я стою на парковке с дорожной сумкой, пока чужой мужчина уезжает на машине Влада.

В этом салоне муж держал руку на моём колене после приёмов. Однажды мы смеялись так громко, что водитель сделал музыку тише и тактично поднял перегородку.

Теперь за задним стеклом постепенно исчезает царапина, которую оставила Фея.

На карте больше нет движущейся точки.

Влад потерял меня.

От облегчения хочется улыбнуться, от страха сводит живот.

Через два дня в дверь номера стучат.

Управляющая отелем стоит в коридоре и нервно поправляет зелёные очки.

— Госпожа Древенко, вас спрашивал мужчина.

Фамилия мужа бьёт быстрее любого имени.

— Какой мужчина?

— Высокий. С ним приехали двое. Он показал вашу фотографию.

Рука крепче сжимает дверную ручку.

— Что вы сказали?

Женщина слегка пожимает плечами.

— Что вы уехали утром.

— Но я ещё здесь.

— Я вижу.

Она оглядывается на лестницу.

— Этот человек слишком уверен в себе как пуп земли. Мне такие мужчины не нравятся.

Нервный смешок вырывается раньше, чем я успеваю его остановить.

— Обычно он и правда является таким человеком.

— Значит, сегодня у него полезный опыт.

Через час я выхожу через кухню. Такси ждёт в переулке. Водитель укладывает чемоданы в багажник, а Фея недовольно ворчит в переноске.

Мы выезжаем из переулка и останавливаемся на красный свет.

К отелю подъезжает чёрный седан.

Влад выходит первым.

На нём та же белая рубашка, в которой он стоял возле дома. Ткань помята, на лице появилась щетина, волосы растрёпаны так, будто он несколько раз проводил по ним ладонями и забывал вернуть привычный порядок.

За ним выходят двое мужчин из службы безопасности.

Влад смотрит на окна. Затем переводит взгляд на дверь, возле которой управляющая уже что-то объясняет.

Я знаю, как он двигает головой, когда ищет человека в толпе. Знаю, что сейчас он начнёт задавать короткие вопросы и через несколько минут получит доступ к камерам соседних зданий.

Ладонь ложится на ручку двери такси.

Достаточно выйти.

Он увидит меня.

Подойдёт и возьмёт сумку, потому что всегда забирает тяжёлые вещи. Потом посадит рядом с собой, накроет мою руку ладонью и скажет, что дома поговорим спокойно.

Через несколько часов я окажусь в спальне, где уже сменили бельё.

Влад делает шаг к проезжей части.

Будто чувствует.

Поворачивает голову в нашу сторону.

Фея громко мяукает из переноски.

Муж вскидывает взгляд.

Загорается зелёный свет, и машина трогается.

Я убираю руку от двери.

В зеркале Влад остаётся посреди тротуара. Он достаёт телефон, звонит кому-то, затем снова смотрит вслед автомобилям.

Сердце бьётся так болезненно, что приходится прижать ладонь к груди.

Я всё ещё люблю его.

Эта правда едет вместе со мной в аэропорт.

4 глава

Через три недели я сижу напротив психолога в маленьком кабинете с голубыми стенами. В Стамбуле было легко найти её по объявлению в русскоязычной группе. Женщину зовут Анна, ей около сорока. Она заварила какой-то вкуснопахнущий чай и налила в кружку с котятами, которой я сейчас грею свои руки.

— Что вы хотите получить от наших встреч? — спрашивает она.

— Хочу перестать думать о муже.