Кошка прыгает следом, шурша бумагами.

Прикладываю короткое письмо.

«Не ищи меня. Хотя бы один раз уважай моё решение».

Ответа нет три дня.

На четвёртый адвокат сообщает, что Влад подписал документы без возражений.

Захлопываю ноутбук.

В комнате работает кондиционер, за окном сигналят машины, жизнь бурлит, а я продолжаю сидеть перед погасшим экраном.

Часть меня ждала, что Влад откажется. Приедет и заставит выслушать. Докажет, что способен разрушить любые границы ради меня.

Он отпустил.

Боль оказывается такой сильной, что я сгибаюсь и прижимаю руки к животу.

В день измены меня поддерживала ярость. Теперь осталась только тишина, в которой муж впервые выполнил мою просьбу.

Ночью вставляю старую сим-карту в телефон.

Новых сообщений нет.

Утром иду к морю. Карта лежит на ладони, маленькая и почти невесомая.

Размахнувшись. бросаю её в воду.

Вода подхватывает пластик и мгновенно пожирает мощными волнами.

Через два года на моём столе лежит приглашение на вручение European Boutique Hospitality Awards.

Моё имя напечатано крупнее фамилии.

Ева Древенко.

Фамилию я оставила. За два года она появилась под десятками проектов и успела стать частью моей собственной работы.

— Ты опять сидишь в халате, — говорит Лика, заглядывая в комнату, — Через сорок минут начало.

Она работает со мной почти год и относится к опозданиям так, будто за них могут отменить визу.

— Я выбираю платье.

— Оно висит перед тобой.

На дверце шкафа находится красное платье с открытой спиной. Рядом на кровати лежит бежевое, купленное неделю назад во время приступа старой осторожности.

Фея устроилась прямо на нём и вылизывает лапу.

Лика замечает мой взгляд.

— Даже не думай.

— Оно элегантное.

— В нём ты похожа на на серую мышку, — она осекается и поправляает себя, — Хотя вернее будет сказать бежевую. А сегодня ты должна быть львицей, так что возьми себя в руки!

Смотрю на кошку.

— Голосование завершено. Два против одного.

Красное платье подчёркивает талию, медные волосы падают ниже лопаток. Визажист наносит яркую помаду, и женщина в зеркале выглядит неплохо.

Хотя внутри меня все еще живо желание проверять перед важными встречами достаточно ли закрыты плечи.

Надеюсь, Лика оценит мой образ на десять львиц и десяти.

Помощница протягивает бокал шампанского.

— С тридцатилетием, начальница!

— До полуночи ещё два часа.

— В твоём возрасте лучше начинать заранее.

— Тебе двадцать семь, — закатываю глаза, — Ты недалеко от меня ушла.

— Поэтому мне разрешено издеваться.

Праздник проходит на крыше отеля, который реконструировала моя студия. За стеклянными ограждениями загорается город, возле бассейна установлена сцена, а на террасе собираются люди, приехавшие ради меня.

Айлин прилетела из Стамбула. Анна прислала короткое поздравление, в котором нет ни одного вопроса.

Фея получила отдельную комнату и уже успела украсть ленту с подарочной коробки.

Когда называют моё имя, поднимаюсь на сцену.

Свет бьёт в глаза. В первом ряду Лика показывает большой палец. Рядом молодой фотограф Лев держит камеру и улыбается поверх объектива.

Награда тяжёлая и прохладная.

— Два года назад я оказалась в чужом городе с одним платьем и кошкой, — начинаю я, крепче сжимая статуэтку, — Представления о дальнейшей жизни у меня тоже не было.

В зале смеются.

— Фея до сих пор уверена, что все проекты принадлежат ей. Возможно, так и есть, поскольку проблемы она замечает раньше людей.

Смех становится громче.

Благодарю команду и владельцев отелей, которые доверились мне в период, когда я сама себе ещё не доверяла.

Имя Влада не произношу.

Хотя его голос много лет убеждал меня, что моя работа никому не нужна.

После церемонии музыка становится громче. Лев фотографирует меня с наградой и опускает камеру.

— Можно один кадр без официальной улыбки?

— А сейчас она какая?

— Будто вы собираетесь вручить мне благодарственное письмо и попросить освободить помещение.

Я смеюсь.

— Хорошо. Что делать?

Он показывает на огни города.

— Сначала посмотрите туда.

Поворачиваюсь к стеклянному ограждению.

— Теперь на меня.

Щёлкает затвор.

— Отлично, — Лев показывает большой палец.

— Вы всем клиенткам так говорите?

— Только тем, которые могут уволить меня до выплаты гонорара.

Лика появляется рядом с телефоном.

— Покажем людям, как празднует женщина, которая два года уверяла, что не умеет танцевать.

— Я действительно не умею.

Она берёт меня за руку.

— Зато теперь умеешь делать что хочется.

Музыка слишком громкая, шампанское тёплое, платье открывает спину почти до талии.