Беннет притягивает меня вниз и втягивает левый сосок в рот. Удовольствие пульсирует в киске, когда он покусывает чувствительный бугорок.

— Тебе тоже не стоит беспокоиться, — шепчет он мне в грудь, прежде чем снова притянуть вниз и вслепую ощупывать руками. — Ты слишком требовательна для меня.

— Ты слишком незрелый, — стону, когда он сжимает мою грудь и сосет сосок, пока боль не выходит на поверхность.

Отстраняюсь от его рта и скольжу вниз по прессу, облизывая каждый рельеф на пути к поясу.

Беннет стонет и кладет руку мне на макушку.

— А ты безумно несносная.

С улыбкой покусываю кожу, и его тело дергается.

— Ты охрененно высокомерный.

— Твоя игра в наивность бесит.

Расстегиваю его штаны, затем спускаю их и боксеры, обнажая толстый член. Когда добираюсь до его ног, ботинки мешают мне.

— У тебя нет манер.

Он садится и пытается развязать шнурки. Тонкие полоски путаются и завязываются узлами. С кряхтением он срывает их, чуть не оторвав себе ноги. Штаны и боксеры следуют за ними, и он бросает всё на пол.

— Ты полная противоположность обаянию.

— Эй, моя очередь, — он хватает меня за плечи и толкает спиной на кровать, снова беря контроль в свои руки. — Ты слишком, блядь, красивая.

— Это не оскорбление. Это комплимент, — вздрагиваю, когда он устраивается между моих ног и смотрит сверху вниз.

— Ты уверена, что хочешь этого?

Я киваю, потому что не могу заставить себя сказать «да». Это ужасная идея, и еще есть время передумать, но моя киска – распутная, жаждущая сучка, а его член – высокий, толстый стакан воды.

Утопите меня.

— О, чуть не забыл! — он слезает с кровати и идет к штанам. Роясь в карманах, слышу шуршание пластика. Он принес гребанный презерватив, а значит, знал, что я сдамся. Неужели я такая предсказуемая?

Но когда он снова подходит к кровати, вижу, что это вовсе не презерватив. Это еще одна огромная мятная палка, такая же, как та, что я заглотила в комнате отдыха.

Я не из тех, кто считает, что секс и еда – хорошее сочетание, но ситуация с медом была чертовски горячей. Может, если сниму свои очки критика, смогу попробовать что-то новое.

Он снова скользит бедрами между моих ног, затем опускает длинную красно-белую палку к моему лицу.

— Я хочу снова видеть, как ты ее сосешь.

Это… не то, куда, я думала, всё идет, но ладно.

Приоткрываю губы и смотрю на него снизу вверх, пока он вводит мятный леденец мне в рот. Он толкает леденец внутрь и наружу, мягко проводя по моим вкусовым рецепторам. С каждым вдохом прохладный, мятный поток покрывает легкие.

Затем я чувствую это. Его член. Трущийся о мою щель.

Закрываю глаза и стону с набитым мятой ртом. Это так неправильно, но, блядь, не могу себя остановить. Я хочу этого. Хочу его.

Он вынимает толстую палку из моего рта и откидывается назад, чтобы провести ею по щели.

— Блядь, твоя киска выглядит так, будто ее можно съесть.

Раздвигаю ноги.

— О, ты этого хочешь, котенок?

Кусаю губу и киваю, предвкушая сладкий жар языка на моем клиторе, но когда он убирает мятную конфету, сомневаюсь, правильно ли ответила. Беннет не известен тем, что дает мне то, чего хочу. Наверное, стоило сказать «нет», чтобы он воспринял это как вызов.

Но этот человек продолжает удивлять. Он опускается на живот и проводит языком вверх по всей длине моей киски. Вздрагиваю и всхлипываю в ответ.

— Ты такая мокрая, а я еще толком и не начинал, — он снова ныряет между моих ног, вылизывая и дразня, пока не начинаю ныть.

— Пожалуйста, заставь меня кончить, — умоляю я.

— Заставлю, но я еще не закончил с тобой.

Что-то твердое давит на мой вход, и мне не нужно смотреть вниз, чтобы увидеть, что он планирует засунуть в меня. Это та мятная палка, и он собирается превратить мои внутренности в зимнюю страну чудес.

Приподнимаю бедра, по сути, давая ему разрешение. Потому что именно так ощущается его колебание. Вопрос. Это нормально? Ты в порядке? Так непохоже на него, и это заставляет меня чувствовать себя… особенной.

Получив ответ, он вводит мятную палку в мою киску, одновременно опуская голодный рот на клитор. Медленно вводя и выводя палку, чтобы смазать конфету, он сосет и лижет меня, пока бедра не начинают дрожать. Мята создает внутри одновременно охлаждающее и согревающее ощущение, и я уже на грани потрясающего оргазма.

— Эй, Кэт? Ты идешь на ланч? — говорит Кендра… прямо за моей гребанной дверью.

Я замираю.

Беннет замирает.

Даже мой оргазм зависает на грани и ждет, что будет дальше.

— Можно войти? — добавляет она.

— Секунду! — ору я. — Я… эм, занята кое-чем.

Смотрю вниз на Беннета, и он качает головой, которая всё еще находится между моих ног. Щетина на подбородке касается губ киски и посылает приятное ощущение вверх по позвоночнику.

— Н-нет! Нет! Не входи! Я… мастурбирую.