На тумбочке лежит расписание мероприятий. Шаг вперед по сравнению с брошюрами, которые раздавали во время летней поездки, и выглядит так, будто его разработали в этом тысячелетии. Хотя, с другой стороны, странная атмосфера 70-х делала летний ретрит таким уникальным. Что может предложить эта зимняя тусовка?

Снег, температура ниже нуля и Кэт – вот что. И я ненавижу всё это.

Но это неважно, потому что необходимость сделать поездку этой блондинки максимально ужасной компенсирует дискомфорт и страдания. Именно это я твердил себе во время ледяной поездки на санях.

Плюхнувшись на кровать, хватаю список мероприятий с тумбочки. Просто из любопытства. Не буду выбирать, в каких участвовать, потому что на этот раз именно я буду тем, кто таскается хвостом. Куда бы Кэт ни пошла, буду следовать за ней по пятам, чтобы она не получила свое первое убийство.

Как и на летнем отдыхе, мероприятия выглядят достаточно невинно на бумаге. У нас есть урок катания на лыжах, кулинарные демонстрации, сноубординг и керлинг, среди прочего. Чего бумага не говорит, так это того, что большинство этих мероприятий будут включать убийство или нанесение увечий Скоту.

Также обязательный ужин в первую и последнюю ночь, причем на последнюю ночь требуется костюм. Боже, как ненавижу носить этот обезьяний наряд. Я парень из категории «футболка и джинсы».

Смотрю на время. Несколько часов отделяют меня от гурманского ужина. Можно вздремнуть, но это не поможет с легким джетлагом из-за разницы в четыре часа. А значит, нужно найти чем заняться.

Первый день на отдыхе предназначен для знакомства гостей с окрестностями, так что начну с интерьера особняка, а там посмотрю. Если решу, что нужно рискнуть выйти в зимнюю страну чудес – мою версию ада – вернусь в комнату переодеться.

Выхожу из спальни и оглядываюсь. Дверь Кэт сверлит меня взглядом. Подавляю желание порыться в ее личном пространстве, хотя, вероятно, в конце концов сдамся. Если найду флагшток, не погнушаюсь водрузить ее скудные трусики на самый верх. Никогда не утверждал, что я зрелый.

Вместо этого направляюсь к величественной двойной лестнице. Как нелепо и абсолютно бессмысленно. Надеюсь, никогда не буду достаточно богат, чтобы почувствовать необходимость в двух лестницах, ведущих в одно и то же место.

— Нужен кто-то, кто покажет окрестности? — спрашивает Маверик, когда достигаю низа лестницы. Он стоит рядом с моим заклятым врагом, пока она пялится на него так, будто это он спас ее гребаную жизнь. Не то, чтобы я спасал. — Кэт только что провела быструю экскурсию, и она отличный гид.

— Звучит заманчиво, — говорю с улыбкой. — Почему бы тебе не показать мне окрестности, котенок?

— Пожалуйста, сдохни, — говорит она, — и никогда больше не называй меня котенком.

Она откидывает свои светлые волосы за плечо, затем поворачивается обратно к Маверику, будто меня здесь нет.

— Я серьезно насчет экскурсии, — говорю. — Не знаю, где что находится, а ты, как обычно, похоже, всё знаешь.

— Ты что-то слышишь? — говорит Кэт Маверику. — Похоже на назойливую муху, жужжащую вокруг уничтоженного ананаса.

— Или на злую муху, жужжащую вокруг куска дерьма с торчащими сверху светлыми волосами, — говорю я.

Маверик переминается с ноги на ногу.

— Я, пожалуй, пойду в свою комнату. Мне… эм, нужно вздремнуть перед ужином.

Когда тело Кэт сдувается, понимаю, почему говорят, что у кого-то «ветер ушел из парусов». Девушка съеживается на глазах, плечи опускаются, улыбка исчезает. Она провожает Маверика взглядом, пока тот не исчезает наверху лестницы.

— Не волнуйся, котенок. Теперь ты свободна, чтобы провести для меня экскурсию.

Вспомнив, что я здесь, ее лицо переходит от уныния к отвращению. Чувство взаимно.

— Я проведу для тебя экскурсию при одном условии, — говорит она. — Пообещай, что перестанешь меня так называть.

Ухмыляюсь ей, потому что она сделала это слишком легким для меня.

— Я абсолютно обещаю перестать тебя так называть, если ты пообещаешь показать мне всё, как хорошая маленькая девочка. И без дерзости.

Она делает глубокий вдох, и я пытаюсь отвести глаза от полных грудей, когда они вздымаются и опускаются при вдохе и выдохе. Мой мозг и член словно на разных волнах.

— Ладно, — наконец говорит она, — но тебе лучше не нарушать обещание.

— Я не нарушаю обещаний.

Она думает над ответной колкостью – вижу хитрость в ее глазах, предвкушение действительно хорошей остроты – но ее губы смыкаются, и она просто говорит:

— Следуй за мной.

О, это будет весело.

Я буду подставлять ее, а она не сможет ничего возразить, потому что боится, что назову ее котенком. Почему это мероприятие не было указано в брошюре? Я бы участвовал каждый день.

Сначала она ведет меня на кухню. Опять же, денег не жалели, о чем свидетельствует блеск серебра, куда ни повернись. Богатые ароматы встречают нос – лимон, укроп, тушеное мясо. И судя по запаху, не человеческое мясо.