— Осознавать, что Беннет привлекателен – не то же самое, что находить его привлекательным, — говорю себе.

Да, я заметила горы мышц, но это не значит, что хочу взобраться на гору Беннет и водрузить свой флаг. Хотя также не могу притворяться, что этот опыт оставил меня совершенно безучастной. Момент нежелательной близости вызвал покалывание между ног, и теперь оно переросло в пульсацию.

Смотрю на телефон. До ужина всего пара часов, не так много времени, чтобы приготовиться, но мне действительно нужно позаботиться об этом неуместном возбуждении. Потому что это именно оно и есть. Мое возбуждение не имеет никакого отношения к Беннету, сведем всё к высокому, светловолосому, идеальному мужчине по имени Маверик.

Взгляд падает на маленькую тумбочку. Спрятала секс-игрушки в этот ящик для легкого доступа. Коллекция стала слишком большой, чтобы таскать ее с собой, поэтому выбрала только любимые для поездки. Засовываю руку в ящик и нащупываю свою старую верную Волшебную палочку Hitachi. Это устройство должно быть в арсенале каждой женщины.

Включив его в розетку, чтобы вибратор был готов, когда понадобится, ложусь на кровать и засовываю руку под рубашку. Закрываю глаза и представляю, что рука Маверика гладит грудь и пощипывает соски.

Воображаю, как его рот опускается по животу, вылизывая и покусывая путь ниже. Пальцы идут по тому же пути, обеспечивая физическое прикосновение в такт рту фантазийного Маверика. Боже, он хорош.

Представляя, как его рот движется по киске, хватаю игрушку, включаю ее и прижимаю между ног. Кончаю почти сразу, но стараюсь подавить все звуки. Не хочу, чтобы Беннет услышал меня за стеной.

Всё еще с закрытыми глазами, пока фантазия продолжает прокручиваться в голове, как фильм, прихожу в себя после оргазма и смотрю между ног, чтобы поблагодарить Маверика за удовольствие. Но когда он поднимает голову, это уже не Маверик.

Это гребаный Беннет!

Глаза распахиваются в реальности, и я с криком отшвыриваю от себя Волшебную палочку. Игрушка грозится пробурить путь до Китая, поэтому тянусь вниз и выключаю ее, прежде чем она повредит половицы.

Легкая испарина покрывает лоб. Облизываю губы и делаю глубокий вдох, пытаясь выкинуть из мыслей образы головы Беннета между моих ног. Это была не фантазия, а гребаный кошмар.

Кто-то стучит в дверь, вскакиваю с кровати. Паника медленно нарастает, потому что я раздета ниже пояса, а секс-игрушка всё еще лежит на виду. Засовываю ее в ящик, когда посетитель стучит снова.

— Всё в порядке? Я, кажется, слышала крик, — глубокий женский голос, который не узнаю, но, по крайней мере, это точно не Беннет. В списке на ретрит были новые имена, так что, может, это новый друг.

Натягиваю трусики и иду к двери.

— Простите за это. Я…

— Попалась, — говорит Беннет фальцетом. Он скалится мне и входит в комнату, прежде чем понимаю, что происходит. — Увидела свое отражение в зеркале, или что?

— Нет. Вообще-то, задремала, и мне приснился кошмар с твоей тупой рожей. Вот почему закричала. А теперь, будь так любезен, отвали нахуй, мне нужно готовиться к ужину.

Беннет смотрит на часы.

— Тебе понадобится больше часа, чтобы привести себя в презентабельный вид. Можешь сдаваться.

— Пожалуйста, уходи.

Он смотрит поверх моего плеча, и его лицо загорается.

— А это еще что такое?

Желудок уходит в пятки, когда он направляется прямо к тумбочке. Я засунула игрушку в ящик, но забыла сначала вытащить вилку из розетки. Шнур всё еще свисает из ящика к стене. По блеску в его глазах знаю, что он точно догадывается, что ждет внутри.

Не могу остановить его. Вынуждена стоять и смотреть в замедленной съемке, как его пальцы обхватывают золотую ручку. Паника и неверие так сильно парализуют, что не могу вымолвить ни одного внятного аргумента, когда ящик начинает открываться.

— Господи Иисусе Христе, не знал, что мастурбацию можно считать хобби, — говорит он. — Ты указываешь это дерьмо в налоговой декларации? Здесь, должно быть, игрушек на тысячу баксов. Скажи хотя бы, что твоя коллекция застрахована.

Он вытаскивает из ящика нитку анальных бус и подносит к свету. Я хочу умереть.

— У тебя, должно быть, тугая маленькая попка, если это самое большое, что туда влезает, — говорит он со смехом. — Столько задницы, и ни хрена с ней не сделать. Какой позор.

Ко мне возвращаются чувства, выхватываю бусы из его руки и заталкиваю их в ящик.

— Моя комната не входит в экскурсию, а размер моей задницы тебя не касается. Пожалуйста, держи свои магниты для ЗППП подальше от вещей, которые я засовываю в свое тело.

Задвигаю ящик и указываю на дверь, но он просто смеется и качает своей тупой головой.

— Убирайся из моей комнаты, — говорю, надеясь, что словесная версия приказа заставит его двигаться.

Он наклоняется ближе.

— Заставь меня.