Первоначально Брэдфорд должен был отправиться прямиком в Киото на многосторонние встречи. Но его перенаправили в Южную Корею на встречу с военными лидерами обеих стран, а также с руководством Национальной разведывательной службы Южной Кореи. Обстановка на полуострове снова накалялась, и все планы были готовы к реализации. Что ж, подумал Брэдфорд, надеюсь, все планы будут реализованы.

Во время десятичасового перелета Брэдфорд почти не спал. Он всё ещё был взвинчен после вчерашнего чуть не погибшего. Он чувствовал то же самое после каждого вылета ВВС под огнём противника. Ничто так не заставляло сердце биться чаще, как возможность неминуемой гибели. Но он также чувствовал вину за свои

Ранее вечером он встретился с министром иностранных дел Австралии Мелани Бейкер. Возможно, Бог наказал его за неосмотрительность.

Теперь, уставший и страдающий от головной боли, от которой болели глаза, Брэдфорд сидел в защищенном командном пункте ВВС, в то время как другие представители оставили свои телефоны и устремились в звукоизолированный бункер.

Увидев у входа знакомое лицо в лётном комбинезоне, Брэдфорд улыбнулся своему старому другу. Бригадный генерал Том Эдкинс когда-то был молодым капитаном под командованием Брэдфорда. Том всегда был немного полноватым, его комбинезон казался слишком полным, и с годами это не изменилось.

Генерал сел в кресло рядом с Брэдфордом и сказал: «Добрый день, генерал».

«Дни моих полетов закончились, Том», — сказал Брэдфорд.

«Вы видели видеозапись нападения на вас вчера вечером?»

Брэдфорд покачал головой. «Какое видео?»

«У меня нет телефона, иначе я бы вам показал», — сказал Том. «Ваши люди должны попытаться его отключить».

«Мы этого не делаем».

«Может быть, тебе стоит это сделать».

Брифинг начался с доклада заместителя Государственного департамента США по контролю над вооружениями и международной безопасности.

Пожилой джентльмен, которому было трудно застегивать костюм, объяснил усилия нынешней администрации в области дипломатии.

Оглядев зал, Брэдфорд заметил, как неловко себя чувствуют присутствующие. Это были воины. Их работа заключалась в планировании на случай провала дипломатии. У Пентагона были планы вторжения и контроля над всеми воюющими странами на планете. Когда Брэдфорд работал в Пентагоне, они шутили, что планируют вторжение в Канаду.

Следом за представителем Госдепартамента выступил четырёхзвёздный генерал армии США, командующий Вооружёнными силами США в Корее. Этот человек буквально держал аудиторию в своих руках. Он продемонстрировал на большом экране, как они будут вести обычную войну с Северной Кореей. Закончив, он предложил присутствующим задать вопросы.

Бригадный генерал, сидевший рядом с Брэдфордом, сказал: «А как насчет того, чтобы сначала применить ядерное оружие?»

В зале стихли все перешептывания.

Генерал, командующий всеми американскими силами в Корее, взглянул на заместителя госсекретаря, прежде чем ответить на вопрос. «Как вы знаете, Том, мы не разрабатываем политику. Мы просто её реализуем».

Брэдфорд подумал, что это известно каждому военному офицеру. Поэтому он помог своему бывшему лётчику-истребителю. «Лучшим вариантом мог бы быть целенаправленный удар…

этот маленький диктатор».

Заместитель министра взял этот вопрос на заметку: «Вопрос об убийстве не рассматривался с середины 70-х».

«Убийство — это яд в его пудинге, — сказал Брэдфорд, — или пуля снайпера с расстояния в милю. Я говорю о высоковероятном ударе, ограниченном избранной группой военных лидеров. Он носит форму своей страны. Это делает его законной военной целью. Ждать, пока его ракеты действительно попадут в цель и взорвутся, а затем нанести ответный удар — самоубийство».

Нам нужно взять инициативу в свои руки. Мы ударим первыми».

Генерал Кореи сказал: «А как насчет тысяч артиллерийских орудий, размещенных в демилитаризованной зоне, которые могут поразить Сеул?»

«Вот тут-то и вступают в игру Том и его листовки», — сказал Брэдфорд.

«Мы наносим удар по режиму шквалом «Томагавков» из ВМС, и за считанные секунды один бомбардировщик B-2 сбрасывает достаточно ядерного оружия на демилитаризованную зону, чтобы превратить ее в озеро».

Другой присутствовавший офицер армии спросил: «А как насчет наших военнослужащих, находящихся по ту сторону границы?»

«Разместим небольшой отряд на месте, — сказал Брэдфорд. — Остальные будут отведены к Сеулу перед атакой. Или атакуем демилитаризованную зону обычными силами, по сравнению с которыми «Шок и трепет» покажутся фейерверком в маленьком городке. Может быть, MOAB разнесёт их в пух и прах».

В течение долгой минуты никто не произносил ни слова.

Наконец, заместитель министра, не имевший никакого военного опыта, просто сказал: «Мы можем вынести это на флагшток в Киото и посмотреть, что думают другие».

Брэдфорд покачал головой. «Нет, сэр. Мы должны передать это президенту. Иначе кто-нибудь просочится в прессу. Или в Китай, или в Россию».

«Я не буду информировать этого человека об этой схеме», — заявил представитель Госдепартамента.