Я уже начинаю гадать, кто еще прибежит на этот запах и присоединится к эпицентру взрыва нашей вонючей бомбы, как вдруг в комнату влетает мальчишка с ежиком на голове. На нем надета оранжево-черная пачка — видимо, парень заранее проникся духом Хэллоуина. В руках он держит бластер Nerf, нацеленный прямо на меня, словно какой-то ангел мщения.

Следом за ним вбегают темноволосая женщина, в которой я узнаю Лив, жену Беккета, и девочка лет восьми-девяти. Они тоже застывают на месте. Лив бросает взгляд на меня, а затем переводит его на мужа.

— Что здесь происхо... Господи Иисусе, ну и вонища!

— Это из увлажнителя, — говорит Кортни, заметно морщась и выключая прибор. — Пахнет как... как...

— Это он сделал! — Мальчик в пачке тычет в меня пальцем, словно готов отправить на костер после неправедного суда над ведьмами. Он выпускает в мою сторону несколько поролоновых пулек. Они отскакивают от моей груди и бедер, но я слишком ошарашен, чтобы вообще понять, что за херня тут творится. Да, и в комнате по-прежнему воняет сущим говном. — Это он сделал! Я его видел!

Еноты в трубе камина начинают копошиться и пищать, словно подтверждая его обвинение, и я поднимаю руки вверх. Понятия не имею, в чем меня обвиняет этот пацан, но, святые угодники, это просто какой-то дурдом!

— Привет! Извини, что задержалась, но мы с Каем готовы. Не думала, что прием так затянется, но... — Шей последней присоединяется к нашей компании в гостиной. На ней белый кроп-топ и легинсы для йоги — мечта моих влажных фантазий, не иначе. Ее обеспокоенный взгляд находит меня еще до того, как она заходит в комнату, и если бы мы не шифровались — и не торчали посреди самого странного знакомства в моей жизни, — я бы зацеловал эти губы так, что она умоляла бы остановиться. — А что тут происходит?

Блондинка наклоняется к нашему маленькому солдатику.

— Финн, что он сделал? — Она направляет на меня идеально выщипанную, обвиняющую бровь. — Что именно ты видел?

Финн утыкается взглядом в свои носки и бормочет.

— Пописал.

Лиам с Дилан прыскают со смеху, пока все остальные пытаются переварить услышанное.

Лив кладет руку на плечо сына.

— Финн, я уверена, ты отлично знаешь, что бывает за вранье. А теперь говори правду. Что случилось?

Лицо Финна кривится от чувства вины.

— Я просто хотел посмотреть, что будет.

— Ты о чем вообще, Хек? — Беккет обращается к Финну по кличке, как я понимаю.

Голос Финна становится едва слышным.

— Ладно. Это я пописал в увлажнитель.

По комнате проносится дружный вздох ужаса, девчонки и некоторые женщины наперебой выдают разные вариации «Фу-у-у!», а Дилан, Лиам и Кай уже откровенно ржут.

— Ты пописал в увлажнитель воздуха?! — Лив выглядит искренне потрясенной, а Беккет устало трет переносицу.

Шейла и блондинка переглядываются, у них подрагивают губы, и в следующий миг они тоже заливаются смехом.

Да и хрен с ним, я тоже хохочу. Если это не самый безумный прием, который мне когда-либо устраивали, то я уж и не знаю, что тогда считать безумием.

Она поджимает под себя ноги, и ее улыбка так и расплывается на все лицо. В ушах поблескивают золотые серьги-кольца.

— Попробуй.

Мы сидим на диване в моей гостиной после комплекса упражнений. На самом деле они мне больше не нужны, потому что бедро уже почти полностью зажило, но Шей настаивает, что это важно. К тому же мне просто нравится иметь повод пригласить ее к себе.

Какая-то часть меня не понимает, что будет с нашими отношениями, когда сеансы физиотерапии закончатся. И поскольку мы оба знаем, что это время неумолимо приближается, я просто боюсь спросить.

Я разглядываю зеленую жижу в своем стакане, изучая ее и глазами, и носом, и осторожно принюхиваюсь. К смузи и протеиновым коктейлям мне не привыкать, но это? На душе у меня примерно так же паршиво, как выглядит это варево.

— Что там внутри?

Ее плечи опускаются, будто я уже отказался.

— Да ты просто глотни. Я забила твой холодильник и кладовку всякими полезными продуктами, чтобы ты мог сам делать такие смузи, когда меня не будет рядом.

Ну зашибись!

Когда я продолжаю изучать то, что с натяжкой можно назвать зеленой размазней, Шейла фыркает.

— Ладно. Там кале, черника, банан, матча, киви и миндальное молоко. Ах да, еще я добавила грецкие орехи и арахисовую пасту ради белка.

Хм. Звучит не так уж ужасно, хотя этот смузи — самая уродливая хрень, что я видел в жизни. Я нерешительно касаюсь кончиком языка края стакана, отчего Шей закатывает глаза.

— Да сделай ты нормальный глоток! У нас дома все от него в восторге! — заметив мой скептический взгляд, она поправляется: — Ну ладно, Кортни действительно его обожает. И это очень полезно.

— Детка, если продукты полезные, это еще не значит, что их нужно взбивать вместе и заливать в глотку. Большинство людей предпочитают получать от еды удовольствие.

В ответ Шей лишь вздыхает, и я понимаю, что придется заглотить эту пилюлю. Честно говоря, мне кажется, что жевать настоящие пули было бы не так больно.

Мысленно помолившись, я делаю глоток побольше и катаю жижу во рту, словно винный сомелье. Вот только на вино это ни разу не похоже...