— Ты вышла за этого придурка! — орал он, когда мы вышли прогуляться и я наконец призналась, что да, в Вегасе я действительно вышла замуж за Беккета.

Даже после того как я заверила его, что это временно и исключительно для вида, он все равно злился.

— Он воспользовался тобой, пока ты была пьяна?

Я стояла на своем: Беккет вел себя безупречно, как истинный джентльмен, даже если я не помню ту ночь — ни саму церемонию, ни то, что было после. Про сегодняшнее утро и мои вылазки в его душ брату знать точно не нужно.

— Хочешь, я и тебе сделаю, мама? — спрашивает Финн, поднимая разноцветный браслет с надписью «боссма».

— Я — боссма?

Рядом хихикает Винни.

Боже, какой хороший звук. За последний час у нее так заметно поднялось настроение.

— Нет, он делает его для Босса, — объясняет Винни.

— Боссма звучит неплохо, — говорит Беккет, возвращаясь в гостиную с банкой диетической колы в руке.

Он садится рядом со мной и подталкивает банку в мою сторону.

— Ты не хочешь?

С улыбкой он качает головой.

— Неа. Я взял ее для тебя.

— Что? Зачем?

— Ты пьешь ее каждый день в три часа. — Он хмурится, разглядывая банку. — Тебе не хочется?

Я слишком удивлена, чтобы врать.

— Ты это заметил?

Его зеленые глаза удерживают мой взгляд.

— Я замечаю все, что касается тебя.

Ох.

От нежности в его взгляде в животе порхают бабочки.

Он снова берет банку, открывает ее и опять пододвигает ко мне. Все это время я чувствую на себе внимание брата — словно он пытается понять, что вообще происходит. Мы с тобой в одной лодке, Деклан.

Крик Адди выдергивает меня из тумана, в который я провалилась, но прежде чем я успеваю подняться, Беккет сжимает мое плечо и встает.

— Расслабься, я разберусь. Побудь с братом.

И вот он уже идет к ее манежу, поднимает ее на руки.

— Эй, малышка, — воркует он. — Чувствуешь себя обделенной?

От его мягкого голоса моя девочка тут же успокаивается.

Она прижимается к груди Беккета, к его свитеру, пока он возвращается к столу и устраивается рядом со мной.

— Бусины опасны, можно подавиться, — бурчит Деклан.

Беккет улыбается.

— Поэтому я и не подпущу ее к ним. Мы просто будем смотреть, да, малышка?

Финн с широкой улыбкой поднимает готовый браслет.

— Смотри, Босс. Готово!

Беккет протягивает кулак, и Финн без подсказки стукается о него своим, будто делал так уже не раз.

— Круто. Надевай мне, Хак.

Мой мальчишка проталкивает браслет через руку Беккета и устраивает его рядом с тем, что ему сделала Винни. То, как зеленые и розовые бусины оттеняют его оливковую кожу, заводит меня самым неподобающим образом. Почему это так горячо? Мой босс в браслетах, которые сделали мои дети?

Твой муж, ехидно поддевает внутренний голос.

Я облизываю губы и опускаю подбородок. Я понятия не имею, что с этим мужчиной происходит сегодня, но скрывать, что мне это нравится, я не собираюсь.

— Ты уверен, что это нормально? — мы сидим друг напротив друга в кабинке, рядом полыхает огонь в огромном камине.

Беккет ухмыляется.

— А почему нет?

Я пожимаю плечами.

— Здесь нет стейков и твоего привычного винного меню.

Он качает головой, но улыбка никуда не девается. Он выглядит удивительно расслабленным, легким — таким я его еще не видела. Я не понимаю, что с этим делать.

— Мне не нужно ничего, кроме времени с тобой, Ливи. Так было прописано в правилах.

Чертовы бабочки, оставшиеся с утра, взрываются в груди новой волной. Мне приходится сознательно напомнить себе о других пунктах. Облизнув губы, я бросаю:

— Без публичных нежностей. Это тоже было правилом.

Он хмурится.

— Это правило мне не особо нравится.

Легкое трепетание мгновенно сменяется тревогой.

— Беккет, что ты здесь делаешь? Правда? Если это из-за утра…

Он накрывает мою руку на столе и сжимает.

— Можем просто сосредоточиться на сегодняшнем вечере? На нашем свидании.

— Ты не ходишь на свидания, — шепчу я, лихорадочно перебирая все причины, по которым мне нельзя влюбляться в собственного мужа.

В его зеленых глазах пляшут искры.

— До тебя — не ходил.

— Сабрина, — начинаю я.

— Это была не ты.

Сглотнув, я опускаю подбородок. Смотреть на него вот так — опасно. Но с этого ракурса мне бросаются в глаза браслеты, которые он все еще носит. Bossman и Duck выложены черными буквами на розовой нити, между розовыми и зелеными бусинами.

Я закрываю глаза, стараясь игнорировать притяжение этого мужчины, и считаю до десяти, глубоко дыша. До четырех явно недостаточно.

Когда я снова поднимаю взгляд, он уже обходит стол.

— Тогда зачем ты продолжал с ней встречаться?

Беккет устраивается рядом со мной и разворачивается лицом. Одну руку он кладет на спинку кабинки. Вторая — та, с браслетами моих детей, — лежит на столе. Он почти загоняет меня в ловушку между собой и стеной.