“ Ты закончила? - Спросила Эстрелла. (Значит, она не спала.) - Ты во всем разобралась?

Я убираю телефон.

“ Пока нет, ” ответила я, стараясь говорить небрежно. “ Я собираюсь прогуляться по террасе. Теперь вы можете ознакомиться с отчетами и интервью”.

Она начала листать страницы. “Я посмотрю на них, но здесь ты самый умный”.

- Ты мне льстишь.

По правде говоря, я чувствовал себя кем-то вроде Пуаро, мисс Марпл, Шерлока Холмса и офицеров 40-го сектора. В последний раз я призывал силы своих героев-сыщиков прямо там, в Ла Мансане, но более сорока лет назад. Хотя я часто опирался на них, создавая сюжеты своих романов, мне было приятно снова применить их в реальной жизни.

“Ну, увидимся через некоторое время”, - сказал я. “Мне нужно привести в порядок мысли”.

Мои мысли были совершенно ясны, и я даже разработал хороший план действий, но последнее, чего я хотел, - это видеть Эстреллу рядом на следующем этапе расследования. Я боялся, что из-за нее у нас будут неприятности, как это было в доме Ольги.

Я положил экземпляр The Architectural Review и записную книжку Moleskine в рюкзак и спустился в вестибюль. Теперь за прилавком стояла высокая женщина. Ее профессиональная улыбка оттенялась пронзительными глазами, похожими на мышиные.

- Мне нужно такси, - сказал я.

“ Сию минуту, мэм. Мы здесь к вашим услугам. Вы предпочитаете almendrón или современную машину?”

- Это не имеет значения.

Она позвонила. Я нетерпеливо ждал, боясь, что Эстрелла спустится, поймет, что я ухожу, и прилипнет ко мне, как жевательная резинка. В какой-то момент мне показалось, что я увидел, как она выходит из лифта, смешавшись с несколькими туристами. Но женщина, которую я принял за нее, ушла с группой, и я вздохнул с облегчением. Моя подруга, как обычно, передала мне свою паранойю. Наконец, через некоторое время в отель въехал водитель в униформе, при синем галстуке с золотым кольцом. У него было гладко выбритое лицо большеухого клоуна.

“Хуан Габриэль, как певец”, - представился он с усмешкой. “Куда бы ты хотел пойти?”

Я показал ему фотографию с адресом Фернанды.

“ Одиннадцатая улица, между Четырнадцатой и Шестнадцатой, - сказал Хуан Габриэль. - Это в том же квартале, что и пиццерия "Ла Романита". Лучшее место, где подают сырный крем-суп в Гаване!”

Такси, припаркованное перед входом в отель, представляло собой белый "Пежо", похожий на полицейскую машину. Уродливый, но пока у него было четыре колеса и работающий двигатель, я был хорош. Единственное, что мне не понравилось, была пластиковая пепельница на консоли с пачкой Populares внутри.

“Я не курю в машине”, - объяснил Хуан Габриэль, очевидно, привыкший к недовольным взглядам туристов. “Я выхожу и даже закрываю дверь, чтобы запах сигарет не проникал внутрь”.

По радио крутили ремикс на “Con el bate de aluminio”, старый хит Los Van Van. Большие уши Хуана Габриэля двигались сами по себе в такт музыке.

“Должен ли я покинуть эту станцию?” вежливо спросил он. “Или вы предпочитаете что-нибудь более оживленное, например реггетон?”

“Нет, на самом деле мне нравится вот это”.

Это была идеальная песня-ретроспектива.

Мы оставили Ла Мансану позади. Я поправил очки. Поскольку еще несколько часов назад я носил контактные линзы, люди и предметы выглядели выпуклыми, как в зеркале "веселого дома". Ветер кружил пыль и листья и швырял их в окна машины.

В парке Братства все еще стояло высокое столетнее дерево сейба. Я вознес про себя молитву, прося о глубоком понимании мисс Марпл мира, о безупречных выводах Шерлока Холмса, об эффективности сотрудников 40-го сектора и о проницательной способности Тереситы делать поспешные выводы, даже наивные.

Воспоминание о моем подростковом "я", скрытом за ее очками, пробудило глубокую, теперь уже знакомую ностальгию. И это чувство вызвало внезапное желание увидеть мой бывший дом. Шрамы от моих последних мгновений там все еще оставались, но любопытство терзало меня так же сильно, как и страх. Мы были так близки, и в отличие от нашего первого дня в Гаване, когда Чео сидел за рулем этого захудалого "Бьюика", на этот раз подвезти пришлось мне ... Когда мы добрались до авеню Карлоса III, я спросил Хуана Габриэля, можем ли мы сделать небольшой крюк, и направил его по моему старому адресу. Он резко свернул на Эспада-стрит, и на меня нахлынули другие воспоминания, те, которых я боялся и подавлял столько лет.

“ Это все, мэм? - Спросил Хуан Габриэль.

- Да, - ответила я, стараясь говорить как взрослая, а не как испуганный подросток.

Он остановил машину перед моим бывшим домом. Я вышел из "Пежо" и направился навстречу своей юности.