Фэй положила матрас на пол в том шкафу, закрыла дверь, и они не видели ее несколько дней. Были признаки того, что она выходила, стаканы с водой, оставленные в раковине. Пепельница, полная канадских окурков. Газеты, развернутые в разделе "Личные".

Фэй и Рейчел шепотом поделились своими опасениями за нее на кухне, ожидая, пока кофе сварится.

Ее сестра. Этот синяк.

Брат Рейчел Саймон и друг помогли ей переехать. Саймон казался достаточно милым, высоким и худощавым, с темными вьющимися волосами и отличными зубами. Хотя друг был настоящим неудачником. На нем был велюровый спортивный костюм поверх засаленной майки. Он называл Джинджер “мисс”, но его взгляд не спускался с ее груди.

“ Если тебе что-нибудь понадобится, - сказал Саймон Рейчел, задержавшись у двери. Джинджер пыталась казаться очень занятой на кухне, но она бесстыдно подслушивала.

- Я не буду, - твердо, как лунный свет, заявила Рейчел.

Наступила такая долгая пауза, что Джинджер не удержалась и высунула голову наружу, думая, что он закрыл дверь и ушел, но они просто стояли там, уставившись друг на друга. Рейчел выглядела настолько печальной, насколько только может выглядеть разгневанная женщина.

“Ты просто упрямишься”, - сказал он.

- Ты ничего об этом не знаешь.

- Я знаю, ты разбиваешь маме сердце.

- Ну, она сломала мою.

“Рэйч...”

-До свидания, Саймон.

—

Через несколько дней после того, как Фэй закрыла дверцу шкафа, когда Джинджер была дома, она вышла из своей комнаты и выглядела такой худой, что на солнце Джинджер могла видеть ее почти насквозь. Она молча вышла из квартиры и вернулась с пачкой сигарет, газетой, кувшином кьянти, сырой курицей и пакетом картофеля.

“Он называет себя сыном Сэма”, - сказала она, бросая газету на кофейный столик.

“ Кто? - Спросила Джинджер. Она красила пальцы ног Рейчел в жевательно-розовый цвет. Рейчел наклонилась, чтобы взять газету, и Джинджер случайно размазала розовый лак по своей ноге.

“ Убийца 44-го калибра оставил письмо копам на месте своего последнего преступления. Он называет себя Сыном Сэма, - сказала Рейчел.

“ Кто такой Сэм? - Спросила Джинджер, и Рейчел рассмеялась. - Что тут смешного?

- Ты, - сказала Рейчел.

Фэй вернулась в гостиную с сигаретой во рту. - Когда ты будешь дома? - спросила она.

“ Мои занятия заканчиваются в три, ” сказала Джинджер. - Но мне нужно уходить на работу в шесть.

- Я весь день дома, - сказала Рейчел.

- Ужин в пять, - сказала Фэй, возвращаясь на кухню.

“ Фэй, ” позвала Рейчел. Она посмотрела на Джинджер, а затем снова на Фэй, застывшую в дверях. - Твоя сестра?

- Не повезло, - бросила Фэй через плечо и начала мыть курицу в раковине.

В пять они собрались, Джинджер и Рейчел внимательно наблюдали за Фэй, оценивая ее настроение. Было очевидно, что Фэй не хотела зацикливаться на том, что не нашла свою сестру или Сына Сэма, а Джинджер умела отвлекать внимание.

Как и кьянти.

Рейчел, наполовину промокшая, раскраснелась и расстегнула рубашку на несколько пуговиц. У нее были потрясающие сиськи под всеми этими высокими воротничками.

“Ты очень красивая, ты”, - сказала ей Фэй.

- Красивая - это с натяжкой, - сказала Рейчел с юмором, которому ее, вероятно, научили уклоняться от комплиментов.

“Ты тоже умный, и нам говорят, что мы должны выбирать”. Фэй вытянула ноги, положив лодыжки на колено Рейчел, и с закрытыми глазами глубоко затянулась сигаретой.

Рейчел вздрогнула в ответ на слова Фэй, как будто они вонзились ей между ребер, как складной нож. Джинджер почти ожидала, что Рейчел встанет, настолько неловко она выглядела. Но затем она откинулась на спинку дивана, положив ноги на кофейный столик.

“Спасибо, Фэй. Ты хорошо готовишь, ты знала это?” Курица и картофельное пюре были лучшим блюдом, которое Джинджер ела, возможно, когда-либо.

“Хочу”, - сказала Фэй, как будто это было скучно.

“Кто тебя научил?”

“Все. Моя мать. Ее мать. Еще одна мать в церкви, которая научила меня есть хлеб”.

“ Какой ты религии? - Спросила Рейчел.

Фэй покачала головой. “Никакой религии”.

Джинджер и Рейчел переглянулись —Она ведь сказала "церковь", верно?

На заднем плане Линда Ронштадт снова и снова напевала “ты никуда не годишься”.

“ Ты готова к работе в Orbit Room? Джинджер спросила Фэй, прерывая неловкое молчание. С приближением весны в клубе стало оживленнее, девушек нанимали и увольняли направо и налево. Фэй повернула голову, чтобы посмотреть в ее сторону. У нее начали проступать корни; скоро им придется это исправить. На Фэй были джинсы и мужская фланелевая рубашка, которые были ей велики, и из-за них она казалась очень маленькой.

Удивительно, насколько молодо она выглядела. Джинджер хотела спросить о своем настоящем возрасте, но что-то подсказывало ей, что прямого ответа она не получит.

“Да”, - сказала Фэй. “Я готова к этой работе”.