“Я должен поговорить с Уайт”, - сказал я, искоса стрельнув глазами, потому что иногда мне было больно смотреть на нее, зная, что она вот-вот умрет. Боль усилилась от осознания того, что я буду там и увижу это. Как я мог просто позволить этому случиться? У меня не было той ночи на балконе, когда я знал ее меньше десяти минут. Теперь я знал, каково это - обнимать ее. И себя я тоже знал. План или не план, я не собирался оставаться в стороне в любое другое время.

И разве это не делало меня таким же обреченным, как и она?

“Тебе нельзя разговаривать с Уайтом”, - предупредила она, когда официант вернулся, неся пиццу, которая действительно вкусно пахла, хотя я все еще не чувствовала себя голодной. Ради еды. “Флора и Йоханн присматривают за тобой. Они хотят защитить тебя, и ты должен позволить им. Таков уговор”.

“ Ты пытаешься указывать мне, что делать? - Спросил я ее.

- Расслабься, - сказала она, подмигнув, когда использовала сервировочную лопаточку, чтобы переложить кусок пиццы на одну из маленьких тарелок, прежде чем поставить ее передо мной, - тебе понравится.

Это было не все, что мне нравилось.

Черт, я знал, что мне не следовало возвращаться.

Я прожил столетия нетронутым. И меня это совершенно не беспокоило.

Каким-то образом она превратила меня в изголодавшегося по прикосновениям дурака.

“Хочешь пармезан?” - спросила она, протягивая мне маленькую баночку, полную порошкообразного белого сыра.

Хочешь?

Чего я хотел, так это спасти ей жизнь — по-настоящему и навсегда, а не только временно. Я хотел защитить тот свет, который был достаточно ярким и мощным, чтобы пронзать меня снова и снова. Я хотел оставить ее в покое и позволить ей расти, как дикая роза, которой она и была. Я хотел вернуться к ней через десятилетия, когда она уже получит от жизни все, чего когда-либо хотела, и будет готова к новой судьбе.

Я хотел и других вещей. Вещей, которых я не должен был хотеть.

Дни с ней.

Ночи с ней...

Я хотел, чтобы эта пицца с ней была для нас не только первой, но и последней.

Но шансы получить что-либо из этого были далеко не в мою пользу.

Итак, на данный момент я просто сказал: “Конечно”.

32

32

ЕЛЕНА

Джирим отвез меня домой после ужина, за который он снова отказался позволить мне заплатить.

Вместо этого из его кошелька появилось еще больше старинных наличных и отправилось в кассу, но официант ничего не сказал. Его отсутствие комментариев в сочетании с тем фактом, что он так и не спросил, хотим ли мы десерт, выдавало стремление нашего официанта избавиться от нас. Или, скорее, Грим, который (по крайней мере, на этот раз) не был недружелюбным.

Однако он излучал определенную… ауру.

Тот, который обещал покончить со всем, что тебе было дорого. Хотя та аура — на меня она подействовала по-другому. Намного по-другому.

Как будто я не мог дождаться, когда меня затянет в его горизонт событий и раздавит притяжением черной дыры ...

Если бы только мне так повезло.

Припарковав "Джадж" на моем обычном месте возле моего дома, Грим проводил меня до двери моей квартиры. Мы поднялись по лестнице вместо лифта, потому что, я думаю, ни один из нас не хотел играть с огнем больше, чем раньше.

“Не хочешь зайти?” Я спросила его. “У меня есть мороженое в морозилке”.

“У тебя в холодильнике тоже есть клубничное печенье”, - сказал он, его невозмутимая прямота и само заявление шокировали меня.

Я озадаченно покосилась на него. — Ч—как ты...?

- Не беспокойся об этом.

“Подожди секунду”, - сказала я, уперев руки в бедра. “Не так быстро. Ты хочешь сказать, что вернулся в мою квартиру?

- Это из той пекарни, что рядом с библиотекой.

Он избегал встречаться со мной взглядом, но это не помешало мне моргнуть и посмотреть на него снизу вверх, пораженная. Прямо перед тем, как я сделала громкий вдох, на меня обрушилось главное откровение. “О Боже мой, это был ты”.

- Я ничего не делал.

- Ты тоже это сделал!

- Где еще мне было его спрятать? - спросил он.

“Нет!” Пискнула я. “Ты починил мою веревку!”

“Я не понимаю, о чем ты говоришь”, - сказал он более грубым голосом, чем раньше.

Но он так легко не слезал с крючка.

- Ты выдумщик, это был ты! Я сузила глаза, глядя на него. - Сколько раз ты был в моей квартире?

“У меня неприятности?”

- Ты проверял, как я?

Он не ответил. И этого ответа было достаточно.

“Я тебя так и не увидел”, - сказал я. “Должно быть, это было после того, как я лег спать”.

Он с трудом сглотнул. - Ты собираешься отчитать меня?

“Что ж, - сказала я, скрестив руки на груди, - я могу, если хочешь, зайти и съесть со мной печенье с ягодами сталкера”.

“Я не думаю, что это хорошая идея”. Он отказался снова встретиться со мной взглядом, в его голосе снова послышалось слабое странное рычание, когда он протягивал мне ключи от машины.