34

34

ЕЛЕНА

Яникогда в жизни не была так возбуждена — и до сих пор он почти не прикасался ко мне.

Хотя тот поцелуй. Почему у меня сложилось впечатление, что он превратился в предварительный просмотр ... других вещей?

Его мускулистые руки и поджарый торс, четко очерченный и скульптурно вылепленный — определенно накачанный — вызывали у меня чуть ли не слюнки.

Очевидно, ежедневное владение косой было отличной тренировкой.

Но татуировки...

Это заставило меня задуматься. Впрочем, сейчас было не время для вопросов. Я была довольна возможностью полюбоваться ими — и им самим.

Все, что мне нужно было знать в этот момент… Я узнал.

Он тоже хотел меня. Это было очевидно только по его хищному взгляду, но значительная — возможно, даже пугающая — выпуклость в его джинсах стирала все сомнения.

Мои кончики пальцев пробежались по его теплой коже, оценивая рисунок форм — мотылек, паук, бриллиант, кинжал… Потом у меня заболели руки.

После этого умопомрачительного поцелуя я не могла надеяться остановить их, когда они вцепились в его ремень, который я расстегнула. Я тоже расстегнула пуговицу на его джинсах, но на этом мое веселье закончилось.

Грим схватил меня, и я тихонько взвизгнула, только когда он поднял меня и взвалил на плечо, прежде чем потащить в спальню, как пещерный человек.

Я уперлась руками в его мускулистую, покрытую татуировками спину, поднимая голову. Мой конский хвостик уперся мне в лицо, и я в шоке заморгала, когда моя гостиная и кухня исчезли.

В бреду, с головокружением и, может быть, немного трепеща, я подумывал помахать на прощание главной комнате.

Затем в поле зрения появились мои волшебные огоньки.

Боже, я надеялся, что дальше будет еще больше подобного жестокого, предосудительного поведения.

Я также надеялся, что попал в беду. Много неприятностей.

Словно прочитав мои мысли, Грим наполовину бросил, наполовину уложил меня на кровать, достаточно сильно, чтобы я подпрыгнула на матрасе.

Я была мокрой с того момента, как увидела его в тот день, но теперь я должна была промокнуть насквозь.

Происходило ли это на самом деле? Очевидно, предсмертные пожелания — все они сейчас —все же сбылись.

Мысль о том, что я не вообразила привязанности Грима ко мне, или его желания, заставила меня воспарить внутри.

Напуганный наилучшим из возможных способов, как перед тем, как сесть на большие петляющие перевернутые американские горки, я наполовину сел. Сжав колени, я вцепилась в одеяло под собой обеими кулаками, пока мой взгляд путешествовал по его порванным джинсам, задерживаясь на его расстегнутом ремне и наполовину расстегнутой молнии.

Губы приоткрылись в восторге от его телосложения — и поскольку я уже жаждала еще одного обжигающего поцелуя — я воспользовалась моментом, чтобы оценить недавно открывшийся участок покрытой татуировками кожи там, V-образный изгиб его бедер и слабый отблеск вен под натянутой кожей, прежде чем снова поднять взгляд к этой точеной и украшенной груди.

Я с трудом сглотнула, когда какой-то глубоко прочувствованный инстинкт, возможно, частица того, что другие испытывали рядом с ним, заставил меня поерзать и откинуться назад на матрасе. Может, чтобы получше рассмотреть его. Может, чтобы увеличить дистанцию между нами. Но Грим быстро положил этому конец.

- Не двигайся.

Я замерла. Затем, наконец, снова набралась смелости встретиться с этим холодным взглядом.

Несмотря на их ледяной оттенок, эти глаза обжигали меня жаром, который угрожал поглотить меня изнутри. Но за ревущим адским пламенем расплаты скрывалось что-то еще. Проблеск той бездонной нежности, которая до сих пор передавалась только через сближение наших душ.

“ Твои волосы, - сказал он, его голос был хриплым, как будто потребовалась каждая унция самоконтроля, которой он обладал, чтобы обуздать тот импульс, который в данный момент связывал его с едва сдерживаемым напряжением. “Сними это”.

Я медленно села, подняв руки, чтобы снять с волос резинку, также следуя этой команде.

Он смотрел, не моргая — ни разу, — как мои светлые волосы рассыпались по плечам.

Он стиснул зубы, и что-то опасное вспыхнуло в его глазах. Декадентское обещание гибели.

Теперь не убегать.

Он доказал это в следующее мгновение, когда двигался так же, как в лифте, слишком быстро, чтобы уследить.

Небольшое расстояние между ним и мной.

Ушел. Вот так просто.

Тем же размытым движением он схватил меня за лодыжку и дернул к себе на край кровати, вызвав у меня вздох, который он украл и поглотил, завладев моими губами своими.