Что-то застряло у него в горле. Слова. Те, которые не нужно было произносить. Земля здесь ничего не значила — ни для него, ни для нее. Скоро Она останется в памяти такой же далекой, как и в космосе.

Он взглянул на нее, гадая, чувствует ли она, как колотится его сердце. - Расскажи мне о Земле, Нора.

Ее щеки мгновенно вспыхнули. “Хорошо”, - сказала она, а затем рассказала ему о своей жизни.

О Вонючке, деспотичном коте, который когда-то жил в ее доме, появлялся у ее двери и требовал еды и воды. О Джо, который посадил ее в шаттл , чтобы спасти от ужасающего события, которое она еще не могла полностью объяснить, но которое казалось ей пиратством жнецов на гражданских кораблях. Джо был братом ее отца — своим дядей, как она называла это родство, — и он был идентичным клоном.

Айрик проверил это дважды — как люди уже достигли совершенства в клонировании? Даже вейнари, со всеми их технологиями, не овладели этим.

Она растерянно посмотрела на него и спросила, знает ли он, как работает размножение. И он, явно все еще потрясенный последствиями аварии несколькими днями ранее, подумал, не стоит ли ему показать ей, как, по его мнению, работает селекция.

Мираж маленькой розовой петельки на ее нижнем белье затуманил его зрение, едва не вскипятив его заживо при этой мысли.

Она для тебя под запретом.

И уязвимый. И напуганный. С ранами гораздо более глубокими, чем он мог видеть. Любой интерес, который она проявит к нему, будет проистекать из ее зависимости от него и незнания того, что такое моразир. Достаточно скоро она поймет, сколько утешения он не может ей дать.

Подавляя свои темные желания, он смотрел вперед, пока они шли, впитывая каждую деталь, которой она делилась о своей жизни. Считалось, что люди имеют более тесные отношения со своим потомством — общественный недостаток, который привел к войне и голоду.

Но, возможно, это понимание было неправильным. Передо мной был человек, который не говорил о каких-либо близких связях с родителями, братьями и сестрами или родственниками, за исключением своего дяди. Если бы не он — где были ее родители? — она была бы почти такой же одинокой, как он.

“ Все инопланетяне такие же, как вы? - Спросила Нора, отвлекая Айрика от его мыслей.

“Я не пришелец”, - сказал он. “Мой вид - ти'роси. И ты человек.”

-Ти'роси.Она задумчиво улыбнулась ему. - Айрик - ти'росиец.

Его щеки вспыхнули, когда она произнесла его имя.

“Айрик - ти'роси”, - снова сказала она оши, повторяя слова точно так же, как он повторял бы их, когда они были новыми.

Не в силах совладать с ней, со своим собственным именем на ее губах и с обжигающим жаром, который наверняка убил бы его, он схватил подол своей рубашки и дернул его вверх. С болезненным треском ткань разорвалась на спине, оставив остатки рубашки у него в руке.

Нора ахнула, ее взгляд остановился на его груди.

Он посмотрел вниз на свое собственное тело, как будто забыл, что оно у него есть.

- П-извини, - пробормотала она, быстро отворачиваясь, сияющая и порозовевшая.

Он смотрел, как она идет вперед, совершенно обезумев от потери ее внимания. Действительно ли он был единственным, кто страдал этим ...любопытством?

Лаки издал негромкий звук, и внезапно внимание Норы вернулось к нему.

Она прошептала Лаки несколько слов так тихо, что Айрик не расслышал.

Ревность — совершенно неуместная — пронзила его, когда он понял, что эти слова предназначались не ему. Он впился взглядом в ужасное маленькое чудовище, идущее рядом с Норой, которое так легко заслужило ее расположение и слова.

Он сунул рубашку в свою сумку, затем догнал их и встал с другой стороны от Норы. Его мысли разбежались, не желая больше говорить об ооши и желая ее возвращения, он внезапно сказал: “Я хочу от тебя еще слов”. Он ткнул пальцем в сторону деревьев. “Как ты это называешь?”

Нора перевела взгляд с него на навес.

“Хм... Ты знаешь, что это такое. Ты уже десятки раз говорил "дерево”. Она нахмурила брови. “ Ты в порядке? Я сказала что-то не то?

— Нет, я хочу, чтобы ты еще поговорил.

Она быстро заморгала. - Правда?

“Мне нужно от тебя больше слов. Чтобы улучшить свой английский”.

Она ухмыльнулась. - Ты хочешь, чтобы я была твоей учительницей?

Образ, как она читает ему человеческую книгу из Хранилища Йортага, когда он лежит у ее ног, вспыхнул в его сознании.

Нетронутый. Не захваченный. Непокоренный. У Моразир нет учителей. Они только разрушают. Ты даже не можешь попасть в хранилище.

“Из тебя не вышел бы хороший учитель — ты слишком быстро говоришь и слишком частослово ”трахаться"".

“ Тогда я не знаю, почему ты спросил. Она надулась. “Может быть, тебе нужен гребаный словарь?”

“ Нет. Что мне нужно, так это ты.

Если бы Уллиэль ударил его сейчас, разнеся на миллионы осколков, это было бы предпочтительнее, чем позволить Айрику разглагольствовать дальше.