Люди внутри навалились на перекладины. Центурион задавал ритм, но потребовалось мгновение, прежде чем тяжелая конструкция двинулась вперед на шести больших колесах, которые ее поддерживали. Придя в движение, он прошел через остатки вала и рва, а затем продолжил свой путь к дальним укреплениям противника. Башня могла бы рухнуть, но обе створки ворот все еще стояли неповрежденными. Макрон знал, что артиллерия прекратила обстрел, и теперь вражеские воины возвращались на свои позиции на частоколе. Как только таран оказался в пределах досягаемости, они выпустили стрелы и копья, но снаряды не нанесли какого-либо ущерба ни тяжелой кожаной завесе, закрывающей переднюю часть тарана, ни наклонной крыше.

За тараном Макрон отдал приказ первой центурии сформировать «черепаху», а легионеры подняли свои тяжелые прямоугольные щиты над головой и накрыли себя, чтобы обеспечить прикрытие людям внизу, когда они следовали за тараном к воротам. По мере того как дистанция сокращалась, обстрел защитников становился все более яростным, а затем командующий центурион был вынужден замедлить темп, чтобы убедиться, что линия фронта находится на одной линии с дамбой, без опасности упасть в ров. Направив осадное орудие вперед, он отдал приказ остановиться, как только острие тарана с глухим стуком уперлось в одну из створок ворот. Внутри ограниченного пространства тарана легионеры выпустили перекладины. Под грохот метательных снарядов, поражающих крышу, они заняли свои места вдоль тарана, подвешенного к крыше орудия на прочных веревках, причем каждый из них схватился за одну из веревочных петель. Когда они были готовы, их центуриону пришлось реветь по всей длине тарана, чтобы его услышали сквозь шум над головой.

- По моему приказу! Тяни!

Легионеры крякнули, пытаясь оттащить таран назад, затем отпустили его, и он качнулся на небольшое расстояние вперед. Тяжелый железный кожух на конце тарана врезался в твердые бревна ворот, раскалывая поверхность и открывая трещины в волокнах и между бревнами. Удар за ударом ворота ослабевали и поддавались равномерным ударам, пока, наконец, не раскололись надвое, остались только скрученные щепки и веревка, скрепляющая верх. Потребовалось еще несколько ударов, чтобы полностью разрушить их, прежде чем центурион взглянул сквозь кожаные занавески и решил, что брешь вполне пригодна для атаки.

- Отпустите свои петли и уходите!

Легионеры повернули назад и двинулись, перейдя на рысь, миновав «черепаху», и направились в безопасное место дальше по дороге, вне досягаемости стрел защитников. Макрон подождал, пока путь не освободится, прежде чем приказать ожидающей центурии идти через таран. Один за другим они продвигались вперед, опуская щиты только тогда, когда входили в укрытие, и располагались по обе стороны от тарана. Как только они были готовы, Макрон обратился к Агриколе.

- Это ваши люди. Отдайте приказ, трибун.

Агрикола мрачно кивнул, затем сплюнул, чтобы прочистить рот, и окликнул замкнутое пространство.

- Первая центурия Пятой когорты Второго легиона! Вы готовы?

Его люди, готовые к действию, взревели в ответ.

- Готовы!

Агрикола отдернул кожаный занавес, нырнул к дамбе и вытащил меч. Макрон оторвался от занавеса на другой стороне и последовал его примеру, когда легионеры высыпали из тарана и ринулись к разрушенным воротам. Защитники стояли кучно сбившись за своими овальными щитами с поднятыми топорами и мечами с выражением обреченной решимости на лицах. Легионеры ударили своими более тяжелыми щитами по повстанцам и начали давить на них. Был краткий момент, когда можно было свободно орудовать оружием, прежде чем тела обеих сторон были так тесно прижаты друг к другу, что это стало испытанием только грубой силы. Ни одна из сторон поначалу не отступала, а затем превосходный упор римских калиг дал преимущество нападавшим, и они начали продвигаться вперед, проходя через сломанные ворота и отталкивая обломки в сторону, заставляя отступать бриттов шаг за шагом.

Агрикола, будучи достаточно высоким, чтобы видеть поверх голов сражающихся, заметил еще больше мятежников, выходящих из священной рощи и мчащихся по перешейку между двумя воротами, чтобы присоединиться к бою. Он сразу же повернулся и позвал остальную часть подразделения идти вперед. Людям первой центурии удалось продвинуться на небольшое расстояние за ворота и образовать неглубокую дугу среди растущего числа, выстроившихся против них бриттов. Теперь они могли использовать свои щиты, чтобы нанести ответный удар своим противникам, и создать достаточно места, чтобы размахивать короткими мечами, нанося удары по любому мятежнику в пределах прямой досягаемости.