Ничего подобного я никогда не слышала, но не думаю, что стоит признаваться в своём невежестве.

— Верно, конечно, конечно! Я слышала тут и там случайные комментарии о ваших капкейках! — лгу я. — У вас на ближайшее время запланировано что-нибудь вкусное?

— Разумеется. Semper Optimis99 для наших лидеров.

Мой разум перетряхивает все мои знания латыни, пытаясь определить, что именно она сказала.

Semper Optimis…

Semper Fi? Нет, несовсем. Но это значит «всегда верный».

Так, а что такое Optimis? Может, что-то связанное с глазами? Окуляр?

Нет, не то.

Оптимус Прайм! «Трансформеры», роботы под прикрытием~

О, точно, «Optimis» значит «лучшие»!

«Трансформеры», роботы под прикрытием ~ Всегда лучшее!

— Вот и я так люблю говорить, — соглашаюсь на долю секунды позже. Но любопытство никак не хочет отставать. — Всё же должна спросить: в поместье ВанМарк я, в общем-то, никто. Меня совсем недавно повысили из-за… ну, знаете, ситуации. Как вы поняли, что я там работаю?

Она могла услышать это по сарафанному радио с тех пор, как я тут, но это кажется ужасно быстрым, особенно учитывая, что она находилась на втором этаже и довольно далеко от гостиной, куда проводили нас с Полом.

— Это правда, в поместье я вас никогда не видела, но заметила вас на похоронах до того, как случился весь тот беспорядок.

— Да, событие выдалось то ещё, правда? — спрашиваю я.

— Именно. А теперь, желаете, чтобы я проводила вас обратно к Maestro100 ВанМарку? Эти коридоры могут сбить с толку тех, кто с ними незнаком.

— И не говорите! Но нет, я справлюсь, если вы укажете мне правильное направление.

Она указывает, и я спешу прочь, но всё это время чувствую на себе взгляд, даже когда уже скрываюсь из её поля зрения.

Определённо жутко.

К тому моменту, как я добираюсь до Пола, он заметно расслабляется, увидев меня. От этого мне становится ещё хуже, когда приходится качнуть головой. Я не знаю, хотим мы, чтобы одна из двух других семей оказалась злодеями, или нет, но всё равно это очень похоже на провал.

Я, блядь, ненавижу проваливаться, что, наверное, иронично, учитывая, что в последнее время я, кажется, только этим и занимаюсь. Я внезапно стала слишком тупой, чтобы жить, или всегда такой была и просто не замечала?

По какой-то причине Пол, кажется, не улавливает перемену в моём настроении. Обычно от него невозможно ничего скрыть, но я пользуюсь возможностью и запихиваю свою RSD101 обратно туда, где ей самое место.

После быстрых, но вежливых (а значит, совсем не быстрых) прощаний нас двоих везут обратно ко входу на гольф-каре, уже без одной огромной подарочной корзины.

Один великий дом позади, остался ещё один.

ГЛАВА 19

ПОЛ

Два страйка — и ты вне игры.

Я уже социально вымотан, и всё же вот я, держу ещё одну гигантскую корзину, пока мы приближаемся к воротам очередного великого дома. Я всё ещё не до конца убеждён, что нам нужно заявляться без предупреждения, но Черри настаивает, что эффект неожиданности с МакЭлрой не даст им подготовить что-либо, если им есть что скрывать.

В этом есть логика, так что я принимаю её план. К тому же слишком бо̀льшая часть моего разума уже занята попытками не вспоминать ночь, которую мы провели вместе, чтобы спорить.

Я правда понятия не имею, как Черри удаётся вести себя так, будто всё нормально, потому что для меня это не так. Я хочу быть ближе к ней. Хочу, чтобы она всё время была рядом. Когда она исчезла в поместье Шевалье, у меня буквально кожа чесалась, угрожая встать и последовать за ней без остальной мускулатуры.

Я намеренно пытаюсь игнорировать это ощущение, потому что знаю, что сейчас не время, и знаю, что на меня, скорее всего, влияет травма, но моему волку плевать на обе эти причины, а из-за этого и мне самому всё труднее за них держаться.

— Назовите своё имя и цель визита, — трещит динамик, и я встряхиваю головой, возвращаясь к реальности. Я даже не осознал, что мы уже добрались до главных ворот поместья МакЭлрой. Мне нужно взять себя в руки. Я не могу рисковать и ходить с влюблёнными глазами во время расследования убийства из-за свободолюбивой и замечательной женщины.

Честно говоря, я бы хотел просто доверить это детективам, но, когда я говорил с ними на похоронах, они не поверили, что это был мой брат или что он ассасин. Они расследовали версию с перевёртышем, у которого есть вендетта против моей семьи.